Репост из: В поиске Бенуа
Смотрите, что творится — книжку про балет «Петрушка» тоже сожгли! 🔥
Ничего не предвещало: я пересматривала «451° по Фаренгейту» Франсуа Трюффо (1966), чтобы обсудить в любимом киноклубе на районе. Читала я Брэдбери в период увлечения антиутопиями в 17–19 лет, «проглотив» тогда всё, до чего дотянулась.
Смотрю фильм, и в сцене, где пожилую женщину сжигают в ее доме вместе с книгами, показывают обложки... И среди них — наш «Петрушка»! Ну, думаю, Марина — ты даже кино без профдеформации посмотреть не можешь.
Конечно, я пошла искать, что это за издание, — впервые такое вижу. Оказалось, это американская книжка 1940 года (The Metropolitan Opera Guild), а иллюстрации к ней сделал Александр Серебряков (сын Зиночки Серебряковой). В общем, глава книги про "военные годы" снова будет переписана.
Стало дико интересно, как она туда попала?! Оказывается, Трюффо сам отбирал книги для сожжения из личной библиотеки. Принцип был такой: в костре должно оказаться то, что дорого лично ему или составляет «культурный код» человечества.
Вместе с «Петрушкой» в кадре гибнут «Лолита» Набокова, «Мадам Бовари», «Братья Карамазовы», комиксы про Малыша Немо и даже выпуски журнала Cahiers du Cinéma [Тетради Кино], который он редактировал. Режиссер хотел, чтобы зрителю было физически больно узнавать любимые обложки (спасибо, было).
Для Трюффо «Петрушка» был символом той самой хрупкой красоты и сказки, которой нет места в тоталитарном мире. А для меня это еще и привет от семьи Бенуа-Серебряковых в самом неожиданном месте. Ну, хеллоу!
Жизнь и любовь не сгорает таким огнем, не сгорает
Ничего не предвещало: я пересматривала «451° по Фаренгейту» Франсуа Трюффо (1966), чтобы обсудить в любимом киноклубе на районе. Читала я Брэдбери в период увлечения антиутопиями в 17–19 лет, «проглотив» тогда всё, до чего дотянулась.
Смотрю фильм, и в сцене, где пожилую женщину сжигают в ее доме вместе с книгами, показывают обложки... И среди них — наш «Петрушка»! Ну, думаю, Марина — ты даже кино без профдеформации посмотреть не можешь.
Конечно, я пошла искать, что это за издание, — впервые такое вижу. Оказалось, это американская книжка 1940 года (The Metropolitan Opera Guild), а иллюстрации к ней сделал Александр Серебряков (сын Зиночки Серебряковой). В общем, глава книги про "военные годы" снова будет переписана.
Стало дико интересно, как она туда попала?! Оказывается, Трюффо сам отбирал книги для сожжения из личной библиотеки. Принцип был такой: в костре должно оказаться то, что дорого лично ему или составляет «культурный код» человечества.
Вместе с «Петрушкой» в кадре гибнут «Лолита» Набокова, «Мадам Бовари», «Братья Карамазовы», комиксы про Малыша Немо и даже выпуски журнала Cahiers du Cinéma [Тетради Кино], который он редактировал. Режиссер хотел, чтобы зрителю было физически больно узнавать любимые обложки (спасибо, было).
Для Трюффо «Петрушка» был символом той самой хрупкой красоты и сказки, которой нет места в тоталитарном мире. А для меня это еще и привет от семьи Бенуа-Серебряковых в самом неожиданном месте. Ну, хеллоу!
Жизнь и любовь не сгорает таким огнем, не сгорает