Максим ЖЕГАЛИН
БАРАХЛО
Был я немного барахольщиком. Однажды в Стамбуле отодрал обивку с выброшенного дивана — фиолетовый бархат с золотой вышивкой. Показалось, что можно из этой ткани сшить какой-никакой мешочек: для мелочи или табака. Диван остался на помойке пружинами наружу, ткань где-то затерялась, мешочек так и не сшит. Там же, в Турции, был обнаружен заброшенный ресторан с открытыми дверями — бери, что хочешь. Взял себе заглушку для бутылки с маслом — такую, в виде птички, чтоб масло текло из клюва, симпатичная вещица.
Или, например, обошел соседние дачи — куда нога лет тридцать не ступала, ветхие деревяшки. О! Не деревяшки это, а настоящие сокровищницы: и бронзовый подсвечник, и чашки ЛФЗ, и коллекция открыток, и даже настенный ковер с оленями. Апофеозом частного собирательства стала прогулка к сгоревшей цветочной базе за Ленинградским вокзалом — оттуда я вернулся с двумя горшками для цветов (двойной обжиг).
Но не важно это всё! Потому что в один день, начитавшись Тамары Глобы или кого-то вроде, решил я ото всего этого избавиться: пора освободить дом для «новой энергии». Выложил вещи на авито, стал ждать. Коллекцию потихоньку разбирали, за некоторыми предметами выстраивались очереди, и даже подобранная в подъезде книга «Давай поженимся, ковбой» — и та кому-то понадобилась. Но оставался один лот — лот более даже экспериментальный, лот с вопросом: неужели и это нужно?
Пакет с туфельками для кукол барби — откуда он у меня? Зачем? Почему он столько лет занимал место, мешая новой энергии проникнуть в дом и все перевернуть? Розовые, салатовые, на каблучке и без — объявление звучало так: «Продаются туфельки барби, неношеные». Через пять минут написала женщина. Волнуясь, она спрашивала: вдруг я смогу отвезти туфельки в Наро-Фоминск? Я не мог, и тогда она строго предупредила: никому не отдавайте, я выезжаю.
Надо добавить, что в тот день в Москве разразился ураган: деревья падали на людей и машины, дождь был неумолим, МЧС предупреждало о возможной гибели. Но женщина дошла до остановки, села в электричку, пересела в метро, доехала до Авиамоторной и двадцать минут шла от Авиамоторной пешком под градом, под молниями, под летающими ветками и рекламными щитами. Как она благодарила меня! Так, что сделалось неловко и за туфельки, и за объявление, и за то, что она сует мне сейчас 50 рублей, а я отказываюсь, и захотелось ее даже до Наро-Фоминска проводить, но не стал.
И все думал: надо же, всякая чушь кому-то нужна. Даже и за самым бессмысленным — и за тем кто-нибудь готов выехать в грозу. Каждого кто-нибудь да полюбит. Впрочем, не обязательно: горшки со сгоревшей цветобазы так и лежат в кладовке — лучше б сгорели вместе с цветами!
#РЖ_Максим_Жегалин
#РЖ_Вещи
______
Иллюстрация: Марго Ланж. Брошь из серии «Деконструкция Барби», 2015
БАРАХЛО
Был я немного барахольщиком. Однажды в Стамбуле отодрал обивку с выброшенного дивана — фиолетовый бархат с золотой вышивкой. Показалось, что можно из этой ткани сшить какой-никакой мешочек: для мелочи или табака. Диван остался на помойке пружинами наружу, ткань где-то затерялась, мешочек так и не сшит. Там же, в Турции, был обнаружен заброшенный ресторан с открытыми дверями — бери, что хочешь. Взял себе заглушку для бутылки с маслом — такую, в виде птички, чтоб масло текло из клюва, симпатичная вещица.
Или, например, обошел соседние дачи — куда нога лет тридцать не ступала, ветхие деревяшки. О! Не деревяшки это, а настоящие сокровищницы: и бронзовый подсвечник, и чашки ЛФЗ, и коллекция открыток, и даже настенный ковер с оленями. Апофеозом частного собирательства стала прогулка к сгоревшей цветочной базе за Ленинградским вокзалом — оттуда я вернулся с двумя горшками для цветов (двойной обжиг).
Но не важно это всё! Потому что в один день, начитавшись Тамары Глобы или кого-то вроде, решил я ото всего этого избавиться: пора освободить дом для «новой энергии». Выложил вещи на авито, стал ждать. Коллекцию потихоньку разбирали, за некоторыми предметами выстраивались очереди, и даже подобранная в подъезде книга «Давай поженимся, ковбой» — и та кому-то понадобилась. Но оставался один лот — лот более даже экспериментальный, лот с вопросом: неужели и это нужно?
Пакет с туфельками для кукол барби — откуда он у меня? Зачем? Почему он столько лет занимал место, мешая новой энергии проникнуть в дом и все перевернуть? Розовые, салатовые, на каблучке и без — объявление звучало так: «Продаются туфельки барби, неношеные». Через пять минут написала женщина. Волнуясь, она спрашивала: вдруг я смогу отвезти туфельки в Наро-Фоминск? Я не мог, и тогда она строго предупредила: никому не отдавайте, я выезжаю.
Надо добавить, что в тот день в Москве разразился ураган: деревья падали на людей и машины, дождь был неумолим, МЧС предупреждало о возможной гибели. Но женщина дошла до остановки, села в электричку, пересела в метро, доехала до Авиамоторной и двадцать минут шла от Авиамоторной пешком под градом, под молниями, под летающими ветками и рекламными щитами. Как она благодарила меня! Так, что сделалось неловко и за туфельки, и за объявление, и за то, что она сует мне сейчас 50 рублей, а я отказываюсь, и захотелось ее даже до Наро-Фоминска проводить, но не стал.
И все думал: надо же, всякая чушь кому-то нужна. Даже и за самым бессмысленным — и за тем кто-нибудь готов выехать в грозу. Каждого кто-нибудь да полюбит. Впрочем, не обязательно: горшки со сгоревшей цветобазы так и лежат в кладовке — лучше б сгорели вместе с цветами!
#РЖ_Максим_Жегалин
#РЖ_Вещи
______
Иллюстрация: Марго Ланж. Брошь из серии «Деконструкция Барби», 2015