Климатическая конференция в Глазго потерпела провал
На прошлой неделе прошла 26-я сессия конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата, ей предшествовал саммит стран G-20. Лидеры России и Китая не присутствовали на этих мероприятиях, что во многом обесценивало принятые на этих встречах решения. Однако принципиальным мероприятием из этих двух является конференция в Глазго и это вполне очевидно.
Для рассмотрения этого вопроса пока оставим за скобками конспирологические теории, в каких целях используется фактор изменения климата, и рассмотрим только экономический аспект. Те методы, которыми развитые страны Запада предлагают решать климатический вопрос, имеют мало общего с борьбой за экологию. Всё сводится к ограничению экономического потенциала развивающихся стран "зеленой энергетикой" и торговле выбросами, то есть к деньгам.
Развивающиеся страны вполне ясно это понимают и не готовы мириться с уготованной участью. "Самая серьезная проблема этих переговоров - отсутствие доверия" между развитыми и развивающимися странами», - прокомментировал конференцию в Глазго генсек ООН Антониу Гутерриш.
Развитые страны Запада хоть и имеют некоторое преимущество в технологиях, но пример Китая, который за несколько десятков лет догнал и перегнал основные страны Запада, их сильно напугал. Конкуренцию с появлением новых быстрорастущих экономик Запад не выдержит, именно поэтому миру и была предложена "климатическая экономика", как назвал её один из авторов концепции ООН по достижению нулевых выбросов углерода в атмосферу к 2050 году Рей Квон Чанг.
Президент США Джо Байден не стесняется открыто заявлять, что «экономика с чистой энергией и нулевыми выбросами к 2050 году» является шансом инвестировать в американское будущее. Его министр финансов Джанет Йеллен заявила: "Мы приблизительно оценили этот глобальный переход, и в мировом масштабе он будет стоить от 100 до 150 триллионов долларов в течение следующих 30 лет. Изменения климата – это одна из величайших экономических возможностей нашего времени".
Западные финансовые корпорации уже ввели политику ESG, которая понимается как «экологическое, социальное и корпоративное управление» и отказывают в финансировании проектов по добыче ископаемого топлива, отдавая приоритет "зеленой энергетике". Однако этого западным элитам мало – все национальные государства должны принять издержки "климатической экономики".
На сайте всемирного экономического форума указано, что в "Глазго должна быть разработана архитектура, которая включает отраслевые соглашения о нулевом уровне, которые объединят правительства и углеродоемкую промышленность в беспрецедентные совместные предприятия, для достижения чистого нуля выбросов не позднее 2050 года."
Нужно понимать, что такие идеи далеко не фантастика после "Киотского протокола" 1997 года, когда страны договорились по торговле квотами на выбросы парниковых газов. Тогда у нас тоже понимали, что это мало связано с экологией, но приняли его к исполнению. В заключении Российской академии наук от мая 2004 года «О позиции по проблеме Киотского протокола» было указано, что Киотский протокол не имеет научного обоснования и существенно ограничит темпы роста российского ВВП.
Однако на конференции в Глазго, как и предполагалось в одном из предыдущих материалов, никакого прорыва не случилось.
Продолжение – в аналитическом материале РУССТРАТ.
На прошлой неделе прошла 26-я сессия конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата, ей предшествовал саммит стран G-20. Лидеры России и Китая не присутствовали на этих мероприятиях, что во многом обесценивало принятые на этих встречах решения. Однако принципиальным мероприятием из этих двух является конференция в Глазго и это вполне очевидно.
Для рассмотрения этого вопроса пока оставим за скобками конспирологические теории, в каких целях используется фактор изменения климата, и рассмотрим только экономический аспект. Те методы, которыми развитые страны Запада предлагают решать климатический вопрос, имеют мало общего с борьбой за экологию. Всё сводится к ограничению экономического потенциала развивающихся стран "зеленой энергетикой" и торговле выбросами, то есть к деньгам.
Развивающиеся страны вполне ясно это понимают и не готовы мириться с уготованной участью. "Самая серьезная проблема этих переговоров - отсутствие доверия" между развитыми и развивающимися странами», - прокомментировал конференцию в Глазго генсек ООН Антониу Гутерриш.
Развитые страны Запада хоть и имеют некоторое преимущество в технологиях, но пример Китая, который за несколько десятков лет догнал и перегнал основные страны Запада, их сильно напугал. Конкуренцию с появлением новых быстрорастущих экономик Запад не выдержит, именно поэтому миру и была предложена "климатическая экономика", как назвал её один из авторов концепции ООН по достижению нулевых выбросов углерода в атмосферу к 2050 году Рей Квон Чанг.
Президент США Джо Байден не стесняется открыто заявлять, что «экономика с чистой энергией и нулевыми выбросами к 2050 году» является шансом инвестировать в американское будущее. Его министр финансов Джанет Йеллен заявила: "Мы приблизительно оценили этот глобальный переход, и в мировом масштабе он будет стоить от 100 до 150 триллионов долларов в течение следующих 30 лет. Изменения климата – это одна из величайших экономических возможностей нашего времени".
Западные финансовые корпорации уже ввели политику ESG, которая понимается как «экологическое, социальное и корпоративное управление» и отказывают в финансировании проектов по добыче ископаемого топлива, отдавая приоритет "зеленой энергетике". Однако этого западным элитам мало – все национальные государства должны принять издержки "климатической экономики".
На сайте всемирного экономического форума указано, что в "Глазго должна быть разработана архитектура, которая включает отраслевые соглашения о нулевом уровне, которые объединят правительства и углеродоемкую промышленность в беспрецедентные совместные предприятия, для достижения чистого нуля выбросов не позднее 2050 года."
Нужно понимать, что такие идеи далеко не фантастика после "Киотского протокола" 1997 года, когда страны договорились по торговле квотами на выбросы парниковых газов. Тогда у нас тоже понимали, что это мало связано с экологией, но приняли его к исполнению. В заключении Российской академии наук от мая 2004 года «О позиции по проблеме Киотского протокола» было указано, что Киотский протокол не имеет научного обоснования и существенно ограничит темпы роста российского ВВП.
Однако на конференции в Глазго, как и предполагалось в одном из предыдущих материалов, никакого прорыва не случилось.
Продолжение – в аналитическом материале РУССТРАТ.