Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
Вот самая запоминающаяся квартира, в которой я когда-либо останавливались в путешествиях. Это в Белграде, Сербия.
Хату выбирала не я — дело было в командировке на съёмках. Возможно, поэтому я изначально не настраивалась пожить в резиденции колдуна-любителя под прикрытием.
Сначала вы просто идёте по самой разгульной улице города: читаете вывески, считаете окурки под ногами, слушаете музыкантов и ни о чём не подозреваете. Но вдруг — надо свернуть с Арбата, нырнуть в парадную и пройти инициацию полутораместным лифтом-порталом. У него две пары дверей, которые открываются только вручную. Когда лифт сделал предсмертный прыг — вы приехали. Вздрагивать перестанете раз на пятый.
Дальше немного лабиринтов. Сам подъезд выглядит так, что, кажется, на лестничной клетке можно встретить чумного доктора в маске с клювом и вот вообще ни разу не удивиться. Но встречают вас только лай чужой собаки за дверью, окно в чью-то параллельную реальность квартиру из коридора и увесистый золотой слон на двери. По нему вы понимаете, что не заблудились.
В коридоре прямо с порога густо пахнет гранатом. Источника аромата я так и не нашла — диффузоры прятались по углам и пахли беспомощно-приторно, совсем не похоже на терпкий гранат.
Квартира вроде и в самом центре Белграда, но под окнами — ни намёка на внешний праздник жизни самой тусовочной улицы города. Вы внутри глубокого, почти средневекового двора-колодца. Наверху только кусочек неба — да и тот отрезан от вас мелкой антиптичьей сеткой. Почему она реально анти-, понятно по тушке голубя, застрявшей внутри несколько дней назад.
Дальше вы бродите и разглядываете детали: обшарпанный деревянный сундук, который почему-то совсем не тянет открыть. Ширма с цепями у кровати — как ещё один портал, сквозь который хочется ходить туда-сюда, позвякивая металлом.
Комод в ванной вообще, кажется, помнит времена инквизиции. Я так и не решилась туда ничего положить, потому что у меня с собой не было ни лягушачьих лапок, ни мотыльковых крыльев, ни прочего сырья для зельеварения. Закинуть туда ватные диски и косметичку — было бы преступлением. Их бы комод, наверное, не переварил и брезгливо выплюнул наутро.
Но самое пугающее и притягательное в этой квартире — её геометрия. Ломанная планировка, много отражающих поверхностей и внезапных углов. Идеально для того, чтобы пугаться своих же отражений: они всегда возникают там, где их меньше всего ждёшь. Первую ночь спать страшновато, а потом привыкаешь: учишься жить с этой толпой отражений и водить их за собой по квартире за ручку.
По ходу, Белград раскрылся для меня именно через этот дом. Там было интересно делать всё — даже самое мелкое: собираться с утра на съёмки под прогрессив-рок, три дня искать утюг в бездонном шкафу-комнате, работать допоздна, писать сценарий нового фильма, пытаться залезть на крышу, не высыпаться и на всякий случай закрывать окошко в ванной на ночь по совету подруги.
Очень счастливое страдающее средневековье.
Хату выбирала не я — дело было в командировке на съёмках. Возможно, поэтому я изначально не настраивалась пожить в резиденции колдуна-любителя под прикрытием.
Сначала вы просто идёте по самой разгульной улице города: читаете вывески, считаете окурки под ногами, слушаете музыкантов и ни о чём не подозреваете. Но вдруг — надо свернуть с Арбата, нырнуть в парадную и пройти инициацию полутораместным лифтом-порталом. У него две пары дверей, которые открываются только вручную. Когда лифт сделал предсмертный прыг — вы приехали. Вздрагивать перестанете раз на пятый.
Дальше немного лабиринтов. Сам подъезд выглядит так, что, кажется, на лестничной клетке можно встретить чумного доктора в маске с клювом и вот вообще ни разу не удивиться. Но встречают вас только лай чужой собаки за дверью, окно в чью-то параллельную реальность квартиру из коридора и увесистый золотой слон на двери. По нему вы понимаете, что не заблудились.
В коридоре прямо с порога густо пахнет гранатом. Источника аромата я так и не нашла — диффузоры прятались по углам и пахли беспомощно-приторно, совсем не похоже на терпкий гранат.
Квартира вроде и в самом центре Белграда, но под окнами — ни намёка на внешний праздник жизни самой тусовочной улицы города. Вы внутри глубокого, почти средневекового двора-колодца. Наверху только кусочек неба — да и тот отрезан от вас мелкой антиптичьей сеткой. Почему она реально анти-, понятно по тушке голубя, застрявшей внутри несколько дней назад.
Дальше вы бродите и разглядываете детали: обшарпанный деревянный сундук, который почему-то совсем не тянет открыть. Ширма с цепями у кровати — как ещё один портал, сквозь который хочется ходить туда-сюда, позвякивая металлом.
Комод в ванной вообще, кажется, помнит времена инквизиции. Я так и не решилась туда ничего положить, потому что у меня с собой не было ни лягушачьих лапок, ни мотыльковых крыльев, ни прочего сырья для зельеварения. Закинуть туда ватные диски и косметичку — было бы преступлением. Их бы комод, наверное, не переварил и брезгливо выплюнул наутро.
Но самое пугающее и притягательное в этой квартире — её геометрия. Ломанная планировка, много отражающих поверхностей и внезапных углов. Идеально для того, чтобы пугаться своих же отражений: они всегда возникают там, где их меньше всего ждёшь. Первую ночь спать страшновато, а потом привыкаешь: учишься жить с этой толпой отражений и водить их за собой по квартире за ручку.
По ходу, Белград раскрылся для меня именно через этот дом. Там было интересно делать всё — даже самое мелкое: собираться с утра на съёмки под прогрессив-рок, три дня искать утюг в бездонном шкафу-комнате, работать допоздна, писать сценарий нового фильма, пытаться залезть на крышу, не высыпаться и на всякий случай закрывать окошко в ванной на ночь по совету подруги.
Очень счастливое страдающее средневековье.