Ежи сужали круги. Я вносила последние правки в сценарий.
Больше всего в работе меня почему-то всегда радует ощущение приятного сюра.
Ну типа — пытаться выйти на видеозвонок из Ан-2 где-то над Белым морем, ехать на таёжную лосеферму на перекладных, искать в Салехарде одну конкретную бабушку, чтобы оставить ей иглы для шитья по коже в подарок.
Так вот, недавно был новый сюр-момент, который попал в мою золотую коллекцию. Я вносила срочные правки в сценарий ночью на берегу пустынного сербского озера, пока вокруг топтались десятки ёжиков.
Дело в том, что примерно в 9 вечера курортный городок Палич вымирает. Людей нет, звуков нет, всё закрывается. На улицы выходят ежи.
Они деловито ходят по полянкам, хрустят жучками и чувствуют себя полноправными хозяевами жизни. Концентрация, по моим субъективным подсчётам, — примерно один ёж на минуту неспешной ходьбы. То есть это прям нашествие — я такое видела впервые.
Сидеть на улице ночью, работать, слышать ТОЛЬКО шаги ежей и быть в центре ежового шабаша — достаточно странно. Но, кажется, это как раз одна из тех штук, которые, суммируясь, превращают какие-то неприятные правки в работу мечты.
Больше всего в работе меня почему-то всегда радует ощущение приятного сюра.
Ну типа — пытаться выйти на видеозвонок из Ан-2 где-то над Белым морем, ехать на таёжную лосеферму на перекладных, искать в Салехарде одну конкретную бабушку, чтобы оставить ей иглы для шитья по коже в подарок.
Так вот, недавно был новый сюр-момент, который попал в мою золотую коллекцию. Я вносила срочные правки в сценарий ночью на берегу пустынного сербского озера, пока вокруг топтались десятки ёжиков.
Дело в том, что примерно в 9 вечера курортный городок Палич вымирает. Людей нет, звуков нет, всё закрывается. На улицы выходят ежи.
Они деловито ходят по полянкам, хрустят жучками и чувствуют себя полноправными хозяевами жизни. Концентрация, по моим субъективным подсчётам, — примерно один ёж на минуту неспешной ходьбы. То есть это прям нашествие — я такое видела впервые.
Сидеть на улице ночью, работать, слышать ТОЛЬКО шаги ежей и быть в центре ежового шабаша — достаточно странно. Но, кажется, это как раз одна из тех штук, которые, суммируясь, превращают какие-то неприятные правки в работу мечты.