Л.А. Тихомиров. Монархическая государственность
МГ 209. Монархия предпочтительна как власть верховная, поскольку соответствует ее требованиям: прочность и единство власти, равноудаленность от частных интересов, высокая нравственная ответственность, уверенность в своих силах и способность к обширным преобразованиям. Монарх не может сам контролировать все текущие задачи управления, поэтому он должен применять для этого все другие принципы власти, избегая ловушки абсолютизма. Понимание своего высокого предназначения и своих преимуществ должно являться основой монархической политики. Без это монарх исчезает и вместе с ним и монархия:
"Итак, аристократия и демократия, каждая в своем роде обладающая прекрасными свойствами в области управительной, крайне слабы, когда становятся властью верховной.
Наоборот все природные качества единоличной власти наиболее пригодны именно в роли Верховной власти.
Единоличная власть имеет также свои хорошие управительные свойства (единство, энергию действия и т. д.), но эти качества подрываются в смысле управительном вследствие ограниченного предела прямого действия, доступного силам одного человека.
Лишь в немногих случаях единоличного действия необходима именно монархия, так как диктатора способна выдвигать и демократия и аристократия, причем они выдвигают человека за его способности, то есть даже со значительным преимуществом перед монархией. Но именно для задач Верховной власти все основные природные свойства монархии наиболее пригодны и стоят положительно вне соперничества и даже вне сравнения, со способностям аристократии и демократии.
Свойства, требуемые от Верховной власти, совершенно совпадают с природными свойствами монархии: прочная власть, единство власти, нахождение вне партий и частных интересов, высокая степень нравственной ответственности, уверенность в своей силе, дающая мужество на противодействие всем случайным веяниям, способность к обширным преобразованиям и т. д.
К этому должно прибавить, что монархия по природе своей является представительницей нравственного идеала, как начала всех примиряющего, а это есть действительно высший, наиболее могучий принцип примирения частных интересов.
Наконец даже относительная слабость монархии для непосредственного управления текущими делами делает ее предрасположенной привлекать к участию в государственных делах все социальные силы, то есть побуждает производить сочетанную управительную власть, а это означает - утилизировать в государственном деле лучшие свойства всех принципов власти, не допуская их лишь до вредного верховенства.
Взвешивая все это, мы легко поймем, почему в истории человечества монархическое начало играло самую главную роль, и почему человечество, в огромном большинстве случаев, усваивало для своей государственности именно монархию, как власть верховную.
Это сознание преимуществ монархии в качестве Верховной власти должно составлять основной пункт монархической политики, как науки и основной пункт монархической политики, как искусства. Для правильного, твердого, уверенного действия - ибо только такое действие бывает успешно - монархия должна помнить, что она действительно составляет высший из всех принципов Верховной власти.
Не по личным, не по династическим интересам монархия должна оберегать свое верховное положение, а по необходимости своей для государственности данной нации. До тех самых пор пока высокое нравственное сознание народа делает монархию возможной, она должна оберегать себя для блага нации как самый высший принцип. 👇
МГ 209. Монархия предпочтительна как власть верховная, поскольку соответствует ее требованиям: прочность и единство власти, равноудаленность от частных интересов, высокая нравственная ответственность, уверенность в своих силах и способность к обширным преобразованиям. Монарх не может сам контролировать все текущие задачи управления, поэтому он должен применять для этого все другие принципы власти, избегая ловушки абсолютизма. Понимание своего высокого предназначения и своих преимуществ должно являться основой монархической политики. Без это монарх исчезает и вместе с ним и монархия:
"Итак, аристократия и демократия, каждая в своем роде обладающая прекрасными свойствами в области управительной, крайне слабы, когда становятся властью верховной.
Наоборот все природные качества единоличной власти наиболее пригодны именно в роли Верховной власти.
Единоличная власть имеет также свои хорошие управительные свойства (единство, энергию действия и т. д.), но эти качества подрываются в смысле управительном вследствие ограниченного предела прямого действия, доступного силам одного человека.
Лишь в немногих случаях единоличного действия необходима именно монархия, так как диктатора способна выдвигать и демократия и аристократия, причем они выдвигают человека за его способности, то есть даже со значительным преимуществом перед монархией. Но именно для задач Верховной власти все основные природные свойства монархии наиболее пригодны и стоят положительно вне соперничества и даже вне сравнения, со способностям аристократии и демократии.
Свойства, требуемые от Верховной власти, совершенно совпадают с природными свойствами монархии: прочная власть, единство власти, нахождение вне партий и частных интересов, высокая степень нравственной ответственности, уверенность в своей силе, дающая мужество на противодействие всем случайным веяниям, способность к обширным преобразованиям и т. д.
К этому должно прибавить, что монархия по природе своей является представительницей нравственного идеала, как начала всех примиряющего, а это есть действительно высший, наиболее могучий принцип примирения частных интересов.
Наконец даже относительная слабость монархии для непосредственного управления текущими делами делает ее предрасположенной привлекать к участию в государственных делах все социальные силы, то есть побуждает производить сочетанную управительную власть, а это означает - утилизировать в государственном деле лучшие свойства всех принципов власти, не допуская их лишь до вредного верховенства.
Взвешивая все это, мы легко поймем, почему в истории человечества монархическое начало играло самую главную роль, и почему человечество, в огромном большинстве случаев, усваивало для своей государственности именно монархию, как власть верховную.
Это сознание преимуществ монархии в качестве Верховной власти должно составлять основной пункт монархической политики, как науки и основной пункт монархической политики, как искусства. Для правильного, твердого, уверенного действия - ибо только такое действие бывает успешно - монархия должна помнить, что она действительно составляет высший из всех принципов Верховной власти.
Не по личным, не по династическим интересам монархия должна оберегать свое верховное положение, а по необходимости своей для государственности данной нации. До тех самых пор пока высокое нравственное сознание народа делает монархию возможной, она должна оберегать себя для блага нации как самый высший принцип. 👇