ㅤㅤㅤ
Я буду немношко говорить о книге, будто идет обычная жизнь, потому что не знаю, наступит ли когда-нибудь нормальность, а стало быть, че тогда её ждать. Тем более что желание что-то сюда написать у меня приходит примерно три раза в год (думаю, это как-то связано с активностью луны и вышками 5G).
«Пору» я начал писать в 2014 году, через год после владивостокской поездки, а напечатал её только сейчас. Странно думать о том, что прошло почти 12 лет. (рабства)
Мне было семнадцать, я работал экскурсоводом на московской выставке и с каждой зарплаты откладывал деньги, чтобы осенью на месяц отправиться на море и быстро написать там великолепную книгу. В октябре я оказался в Ялте.
Прошло немного месяцев, как полуостров в очередной раз сменил владельца, и по улицам прогуливались в основном бомжи с Донбасса, бежавшие от неопределенности, и семнадцатилетний я. У меня был малютка ipod shuffle, мне почему-то очень нравилась песня Армстронга и Фицджеральд, где они спорили об ударениях в словах, и, гуляя, я слушал её на повторе.
Я курил либо парламент, либо мальборо голд, тогда мне казалось это модным. Мне не всегда их продавали, потребовалось немного времени, чтобы выучить продавщиц в ближайших ларьках и выяснить, кому плевать, а кто будет спрашивать паспорт. Сигаретные пачки предупреждали меня на незнакомом языке: "куріння вбиває". До сих пор задаюсь вопросом, что это значит.
По нескольку раз в неделю я ходил в кино, но сейчас не могу вспомнить ни одного фильма, который смотрел, зато очень хорошо помню рекламу кофе жардин, которую крутили перед каждым сеансом. Там мужчина и женщина пили его на лодке, а на фоне сияла эйфелева башня. Каждый их миг был неповторим.
Недалеко от набережной, среди деревьев, располагался ресторан. В книгах я читал, что писатель не может не есть в ресторанах, и потому неукоснительно ужинал там каждый вечер. Вообще в то время я соблюдал все до единой писательские формальности, я даже книгу писать приперся на чертово море, ещё и с сигаретой в зубах. Думаешь, у меня что-нибудь получилось бы, если бы я попросту это все игнорировал? Да черта с два.
Мой ноутбук не подключался к интернету, я не помню, с чем это было связано, но это сильно сыграло мне на руку. Я писал каждый день, ложился черт знает как, вставал, курил, опять писал. Иногда мой ужин в ресторане оказывался завтраком. Сначала я оцифровал дневник, а затем дополнял его воспоминаниями, в то время более чем яркими, и всякими мелочами, которые не казались важными, когда я их проживал, но спустя год были врезаны в память.
Я планировал закончить книгу к новому, 2015ому, году. Пиздец. За это время я переписал её бесконечное количество раз, у меня целая жизнь прошла, я уже даже написанное воспринимаю как сторонний наблюдатель, потому что плохо помню себя "того".
Короче, это я к тому, что теперь она напечатана на бумаге, и мне нравится эта фиксация её состояния. Типа сделанное дело, которое нельзя изменить, и от этого очень тепло. Кто еще не заказал книгу желаю заказать. Я пока займусь работой над другим сборником, до его выхода у вас есть где-то десять лет чтобы прочитать «Пору» (торопитесь).
ㅤㅤㅤ
Я буду немношко говорить о книге, будто идет обычная жизнь, потому что не знаю, наступит ли когда-нибудь нормальность, а стало быть, че тогда её ждать. Тем более что желание что-то сюда написать у меня приходит примерно три раза в год (думаю, это как-то связано с активностью луны и вышками 5G).
«Пору» я начал писать в 2014 году, через год после владивостокской поездки, а напечатал её только сейчас. Странно думать о том, что прошло почти 12 лет. (рабства)
Мне было семнадцать, я работал экскурсоводом на московской выставке и с каждой зарплаты откладывал деньги, чтобы осенью на месяц отправиться на море и быстро написать там великолепную книгу. В октябре я оказался в Ялте.
Прошло немного месяцев, как полуостров в очередной раз сменил владельца, и по улицам прогуливались в основном бомжи с Донбасса, бежавшие от неопределенности, и семнадцатилетний я. У меня был малютка ipod shuffle, мне почему-то очень нравилась песня Армстронга и Фицджеральд, где они спорили об ударениях в словах, и, гуляя, я слушал её на повторе.
Я курил либо парламент, либо мальборо голд, тогда мне казалось это модным. Мне не всегда их продавали, потребовалось немного времени, чтобы выучить продавщиц в ближайших ларьках и выяснить, кому плевать, а кто будет спрашивать паспорт. Сигаретные пачки предупреждали меня на незнакомом языке: "куріння вбиває". До сих пор задаюсь вопросом, что это значит.
По нескольку раз в неделю я ходил в кино, но сейчас не могу вспомнить ни одного фильма, который смотрел, зато очень хорошо помню рекламу кофе жардин, которую крутили перед каждым сеансом. Там мужчина и женщина пили его на лодке, а на фоне сияла эйфелева башня. Каждый их миг был неповторим.
Недалеко от набережной, среди деревьев, располагался ресторан. В книгах я читал, что писатель не может не есть в ресторанах, и потому неукоснительно ужинал там каждый вечер. Вообще в то время я соблюдал все до единой писательские формальности, я даже книгу писать приперся на чертово море, ещё и с сигаретой в зубах. Думаешь, у меня что-нибудь получилось бы, если бы я попросту это все игнорировал? Да черта с два.
Мой ноутбук не подключался к интернету, я не помню, с чем это было связано, но это сильно сыграло мне на руку. Я писал каждый день, ложился черт знает как, вставал, курил, опять писал. Иногда мой ужин в ресторане оказывался завтраком. Сначала я оцифровал дневник, а затем дополнял его воспоминаниями, в то время более чем яркими, и всякими мелочами, которые не казались важными, когда я их проживал, но спустя год были врезаны в память.
Я планировал закончить книгу к новому, 2015ому, году. Пиздец. За это время я переписал её бесконечное количество раз, у меня целая жизнь прошла, я уже даже написанное воспринимаю как сторонний наблюдатель, потому что плохо помню себя "того".
Короче, это я к тому, что теперь она напечатана на бумаге, и мне нравится эта фиксация её состояния. Типа сделанное дело, которое нельзя изменить, и от этого очень тепло. Кто еще не заказал книгу желаю заказать. Я пока займусь работой над другим сборником, до его выхода у вас есть где-то десять лет чтобы прочитать «Пору» (торопитесь).
ㅤㅤㅤ