А.Башкуев (footuh)
Продолжение
Рейган и Буши – это эпоха, когда верх одержали латинские "машины для голосования" и неафишируемые вложения от торговли кокаином в избирательную компанию. (Именно поэтому с такою скоростью демы отстреляли Эскобара и братьев Очоа, стоило им победить Буша-старшего.)
Равно как и Обама с Клинтоном – это уже не голоса католических диаспор, а банковские доходы на пузырях доткомов, или недвижимости.
Успех Буша-Папы был прямо связан именно с тем, что выдвигался он не внутри Американского Общества, а скорей – внутри Мексиканской и Кубинской Диаспор. Иначе бы он – пытаясь опереться на WASP – не выбился бы (в политическом смысле).
Буш-Папа поднялся в американской политике не благодаря, но вопреки самому Американскому Обществу – и в этом "вопреки" большую роль сыграли его неоспоримые успехи по всему миру и фактическая дружба того же Пабло Эскобара в Колумбии, или Триад на Юге Китая.
____
Избирательная кампания 1992 года шла "в одни ворота".
Особенность Росса Перро была в том, что он и по внешности и по речи был несомненный латинос. И он призывал латиноамериканцев голосовать за него и не верить всем этим "белым гринго", которые их латиноамериканцев обманывают. Вот этот человек и оказался главным сюрпризом данной кампании, так как ему удалось оттянуть на себя голоса наименее образованных и националистически настроенных испаноязычных избирателей. Хотя бы потому, что, при словах латиноса Перро "белые гринго" республиканская компания Фокс давала изображение действующего президента США – уроженца Новой Англии. То же самое фактически происходило по основным другим республиканским каналам.
Через много лет сам Клинтон напишет, что идея с появлением Перро была придумкой его интеллектуального штаба. База электората Буша Папы была латиноамериканской и люди из синк танка компании Клинтона предложили выкатить на выборы заведомого националиста, который противопоставлял бы латиносов – гринго (то есть избирательную базу Бушей – самим Бушам). Быстро нашлись такие банки, которые согласились профинансировать избирательную компанию безвестного Перро, которые и получили за их поддержку – "лакомые куски в… России и Восточной Европе".
Иными словами, по воспоминаниям Клинтона суть банкирских претензий к Бушу-Папе образца 1992 года была именно в том, что тот не желал распада СССР и не позволял американским инвесторам "рвать куски" из бывшей "советской империи". Тогда инвестбанки договорились между собой о том, что "Старый Черт потерял уже свою хватку" и пришла пора его заменить. А Буш-Папа со своими людьми упустили из виду этот момент. У них были множественные проблемы – восстановление Кувейта и общего баланса в Заливе, работа с Ираком, бардак после распада советского блока. Людей не хватало – и поэтому Буш-Папа сильно оголил свои предвыборный штаб в президентской кампании. В итоге немногие аналитики были в основном заняты так назваемыми "колеблющимися штатами", а то что противники проведут основную борьбу в его "западном/латиносском секторе" никто не учел. Буш-Папа слишком был уверен в поддержке испаноязычного избирателя и упустил из виду момент, при котором на этом поле окажется возможна пропаганда в стиле: "Не верьте Бушу, потому что он – белый!"
Буш-Папа хорошо понял месседж – тем более, что источники финансирования Перро быстро стали известными. За компанией этого никому не известного кандидата стояли такие инвестиционные банки, как Голдман Сакс и Леман Бразерс.
Президент США был уверен, что в Америке найдется больше народу, который не хочет жить в Долг, куда всех затолкает в итоге Клинтон. Он сказал, что был уверен, что среди тех, кто в Америке принимает решение, меньше банальных воров и грабителей. И то открытие – что он заблуждался на этот счет - сильно его из колеи выбило.
Продолжение
Рейган и Буши – это эпоха, когда верх одержали латинские "машины для голосования" и неафишируемые вложения от торговли кокаином в избирательную компанию. (Именно поэтому с такою скоростью демы отстреляли Эскобара и братьев Очоа, стоило им победить Буша-старшего.)
Равно как и Обама с Клинтоном – это уже не голоса католических диаспор, а банковские доходы на пузырях доткомов, или недвижимости.
Успех Буша-Папы был прямо связан именно с тем, что выдвигался он не внутри Американского Общества, а скорей – внутри Мексиканской и Кубинской Диаспор. Иначе бы он – пытаясь опереться на WASP – не выбился бы (в политическом смысле).
Буш-Папа поднялся в американской политике не благодаря, но вопреки самому Американскому Обществу – и в этом "вопреки" большую роль сыграли его неоспоримые успехи по всему миру и фактическая дружба того же Пабло Эскобара в Колумбии, или Триад на Юге Китая.
____
Избирательная кампания 1992 года шла "в одни ворота".
Особенность Росса Перро была в том, что он и по внешности и по речи был несомненный латинос. И он призывал латиноамериканцев голосовать за него и не верить всем этим "белым гринго", которые их латиноамериканцев обманывают. Вот этот человек и оказался главным сюрпризом данной кампании, так как ему удалось оттянуть на себя голоса наименее образованных и националистически настроенных испаноязычных избирателей. Хотя бы потому, что, при словах латиноса Перро "белые гринго" республиканская компания Фокс давала изображение действующего президента США – уроженца Новой Англии. То же самое фактически происходило по основным другим республиканским каналам.
Через много лет сам Клинтон напишет, что идея с появлением Перро была придумкой его интеллектуального штаба. База электората Буша Папы была латиноамериканской и люди из синк танка компании Клинтона предложили выкатить на выборы заведомого националиста, который противопоставлял бы латиносов – гринго (то есть избирательную базу Бушей – самим Бушам). Быстро нашлись такие банки, которые согласились профинансировать избирательную компанию безвестного Перро, которые и получили за их поддержку – "лакомые куски в… России и Восточной Европе".
Иными словами, по воспоминаниям Клинтона суть банкирских претензий к Бушу-Папе образца 1992 года была именно в том, что тот не желал распада СССР и не позволял американским инвесторам "рвать куски" из бывшей "советской империи". Тогда инвестбанки договорились между собой о том, что "Старый Черт потерял уже свою хватку" и пришла пора его заменить. А Буш-Папа со своими людьми упустили из виду этот момент. У них были множественные проблемы – восстановление Кувейта и общего баланса в Заливе, работа с Ираком, бардак после распада советского блока. Людей не хватало – и поэтому Буш-Папа сильно оголил свои предвыборный штаб в президентской кампании. В итоге немногие аналитики были в основном заняты так назваемыми "колеблющимися штатами", а то что противники проведут основную борьбу в его "западном/латиносском секторе" никто не учел. Буш-Папа слишком был уверен в поддержке испаноязычного избирателя и упустил из виду момент, при котором на этом поле окажется возможна пропаганда в стиле: "Не верьте Бушу, потому что он – белый!"
Буш-Папа хорошо понял месседж – тем более, что источники финансирования Перро быстро стали известными. За компанией этого никому не известного кандидата стояли такие инвестиционные банки, как Голдман Сакс и Леман Бразерс.
Президент США был уверен, что в Америке найдется больше народу, который не хочет жить в Долг, куда всех затолкает в итоге Клинтон. Он сказал, что был уверен, что среди тех, кто в Америке принимает решение, меньше банальных воров и грабителей. И то открытие – что он заблуждался на этот счет - сильно его из колеи выбило.