Южная Дакота эпицентр землетрясения финансового дерегулирования, которое потрясло мировую экономику
История начинается с губернатора Уильяма Дженклоу.
[SP: его отец умер от сердечного приступа, работая прокурором на Нюрнбергском процессе]
Билл стал губернатором в 1979 году и руководил Южной Дакотой в общей сложности 16 лет.
В конце 1970-х ФРС устанавливала необычайно высокие процентные ставки.
Citibank вложил значительные средства в кредитные карты и подвергался риску банкротства.
По предложению банка Дженклоу в 1981 году отменил законы штата, устанавливающие верхний предел процентных ставок, которые могли взимать кредиторы.
Citibank основал офис в штате и мог устанавливать любую процентную ставку для заёмщиков.
И так последовал взрыв потребительских финансов, который преобразовал США и весь мир.
Благодаря Дженклоу в Южной Дакоте существует индустрия финансовых услуг, а в США долг по кредитным картам в триллион долларов.
Освободив богатые корпорации от обременительных правил, Дженклоу пришёл к решению, которое превратит Южную Дакоту в Швейцарию 21 века. Он решил дерегулировать трасты.
Трасты – это древние и сложные финансовые инструменты, которые используются для владения активами, такими как недвижимость или акции компании.
Бессмертность трастов была привлекательной перспективой для английских аристократов средневековья, которые хотели быть уверены, что их собственность навсегда останется в их семьях и будет защищена от любой конфискации короной.
В XVII веке судьи создали «правило бессрочности», которое ограничивало продолжительность трастов примерно столетием и не позволяло аристократическим семьям превращать свои местные территории в мини-королевства.
Это ослабило аристократические семьи, открыло британскую экономику и помогло промышленной революции.
Английские аристократы отправились в Северную Америку и динамичная переработка богатства стала ещё более неистовой в стране свободных.
Потом появился губернатор Дженклоу. В 1983 году он отменил правило бессрочности и имущество, переданное в доверительное управление в Южной Дакоте, оставалось там навсегда. Правило, созданное английскими судьями после столетий рассмотрения, было стёрто законом всего из 19 слов. Аристократия вернулась в игру.
Позволив трастам существовать вечно, Южная Дакота сделала что-то поистине революционное.
Аляска и Делавэр тоже отменили правило бессрочности, сводя таким образом на нет конкурентное преимущество Южной Дакоты.
Дженклоу создал целевую группу для поиска юридических новшеств, созданных в других юрисдикциях, и в итоге в Южной Дакоте трасты можно создавать исключительно в своих интересах, а не на пользу кому-то. По истечении двух лет траст освобождается от любого кредитора, претендующего на долю содержащихся в нём активов.
Траст Южной Дакоты секретный, судебные документы, относящиеся к нему, навсегда хранятся в тайне, чтобы предотвратить утечку информации о его информации. Журналистам практически невозможно выяснить, кто использует трасты и какие судебные иски к ним были поданы.
Южная Дакота предлагает лучшие в США, а возможно и в мире, законы о конфиденциальности и защите активов.
В 2010 году после финансового кризиса и обвинений в адрес банкиров, Конгресс США ответил Законом о соблюдении налогового законодательства по иностранным счетам (FATCA). Минюст США вынудил швейцарские UBS и Credit Suisse заплатить штрафы, а старейший банк Wegelin рухнул. Американских денег в Швейцарии стало значительно меньше.
Остальной мир создал глобальное соглашение Common Reporting Standard (CRS) и привлекательность таких мест, как Джерси, Багамы и Лихтенштейн для уклонения от уплаты налогов сразу испарилась.
США не входят в CRS, а FATCA только собирает информацию от зарубежных стран, но не отправляет обратно.
США стали поистине налоговым убежищем мирового класса.
$1 млн, помещенный в траст и растущий без налогов по годовой ставке 6%, через 300 лет вырастет до $50,4 трлн.
К концу 2020 года активы трастов Южной Дакоты достигли $ 355,2 млрд.
История начинается с губернатора Уильяма Дженклоу.
[SP: его отец умер от сердечного приступа, работая прокурором на Нюрнбергском процессе]
Билл стал губернатором в 1979 году и руководил Южной Дакотой в общей сложности 16 лет.
В конце 1970-х ФРС устанавливала необычайно высокие процентные ставки.
Citibank вложил значительные средства в кредитные карты и подвергался риску банкротства.
По предложению банка Дженклоу в 1981 году отменил законы штата, устанавливающие верхний предел процентных ставок, которые могли взимать кредиторы.
Citibank основал офис в штате и мог устанавливать любую процентную ставку для заёмщиков.
И так последовал взрыв потребительских финансов, который преобразовал США и весь мир.
Благодаря Дженклоу в Южной Дакоте существует индустрия финансовых услуг, а в США долг по кредитным картам в триллион долларов.
Освободив богатые корпорации от обременительных правил, Дженклоу пришёл к решению, которое превратит Южную Дакоту в Швейцарию 21 века. Он решил дерегулировать трасты.
Трасты – это древние и сложные финансовые инструменты, которые используются для владения активами, такими как недвижимость или акции компании.
Бессмертность трастов была привлекательной перспективой для английских аристократов средневековья, которые хотели быть уверены, что их собственность навсегда останется в их семьях и будет защищена от любой конфискации короной.
В XVII веке судьи создали «правило бессрочности», которое ограничивало продолжительность трастов примерно столетием и не позволяло аристократическим семьям превращать свои местные территории в мини-королевства.
Это ослабило аристократические семьи, открыло британскую экономику и помогло промышленной революции.
Английские аристократы отправились в Северную Америку и динамичная переработка богатства стала ещё более неистовой в стране свободных.
Потом появился губернатор Дженклоу. В 1983 году он отменил правило бессрочности и имущество, переданное в доверительное управление в Южной Дакоте, оставалось там навсегда. Правило, созданное английскими судьями после столетий рассмотрения, было стёрто законом всего из 19 слов. Аристократия вернулась в игру.
Позволив трастам существовать вечно, Южная Дакота сделала что-то поистине революционное.
Аляска и Делавэр тоже отменили правило бессрочности, сводя таким образом на нет конкурентное преимущество Южной Дакоты.
Дженклоу создал целевую группу для поиска юридических новшеств, созданных в других юрисдикциях, и в итоге в Южной Дакоте трасты можно создавать исключительно в своих интересах, а не на пользу кому-то. По истечении двух лет траст освобождается от любого кредитора, претендующего на долю содержащихся в нём активов.
Траст Южной Дакоты секретный, судебные документы, относящиеся к нему, навсегда хранятся в тайне, чтобы предотвратить утечку информации о его информации. Журналистам практически невозможно выяснить, кто использует трасты и какие судебные иски к ним были поданы.
Южная Дакота предлагает лучшие в США, а возможно и в мире, законы о конфиденциальности и защите активов.
В 2010 году после финансового кризиса и обвинений в адрес банкиров, Конгресс США ответил Законом о соблюдении налогового законодательства по иностранным счетам (FATCA). Минюст США вынудил швейцарские UBS и Credit Suisse заплатить штрафы, а старейший банк Wegelin рухнул. Американских денег в Швейцарии стало значительно меньше.
Остальной мир создал глобальное соглашение Common Reporting Standard (CRS) и привлекательность таких мест, как Джерси, Багамы и Лихтенштейн для уклонения от уплаты налогов сразу испарилась.
США не входят в CRS, а FATCA только собирает информацию от зарубежных стран, но не отправляет обратно.
США стали поистине налоговым убежищем мирового класса.
$1 млн, помещенный в траст и растущий без налогов по годовой ставке 6%, через 300 лет вырастет до $50,4 трлн.
К концу 2020 года активы трастов Южной Дакоты достигли $ 355,2 млрд.