Американская теория игр
Politico (26.05.2022)
Джон Грейди, аспирант Бизнес-школы Стерна Нью-Йоркского университета, предложил провести упражнение по теории игр, чтобы спрогнозировать следующие шаги США и Китая в их экономическом соперничестве.
32-летний Грейди лицензировал программное обеспечение теории игр Брюса Буэно де Мескиты, теоретика игр Нью-Йоркского университета, настолько известного в этой области, что его называют просто инициалами BDM.
Модель BDM рассматривает отношения власти, полагая, что принятие решений – это битва людей, следующих своим личным интересам и самовозвеличиванию. Например, хотя президент обладает наибольшей властью в Вашингтоне, ему часто мешают другие влиятельные игроки, которые больше сосредоточены на каком-то вопросе (например, Национальная стрелковая ассоциация по контролю над оружием) или негибки (Джо Манчин по Build Back Better).
Модель не пытается оценить наилучшее возможное решение проблемы или решение, которое наилучшим образом отражало бы национальные интересы. Модель BDM больше похожа на оценку скорпионов в бутылке.
Модель рассматривает четыре характеристики:
1) влияние лиц, принимающих решения;
2) их позицию по какому-либо вопросу;
3) их гибкость в переговорах;
4) их сосредоточенность на этом вопросе.
Алгоритмы модели вычисляют миллионы различных возможных взаимодействий и, используя теорию игр, выдают наиболее вероятный результат.
ЦРУ сравнило предсказания модели BDM в 1980-х годах с теми, которые оно использовало, и обнаружило, что BDM «попадает в яблочко в два раза чаще».
«Модель BDM была точной в 89% случаев», – сказал Стэнли Федер, бывший аналитик ЦРУ, проводивший обзор. – «Мы довольно широко использовали её в ЦРУ».
Это исследование было рассекречено в 1995 году и с тех пор стало визитной карточкой Буэно де Мескиты.
Игра была разработана в феврале, чтобы спрогнозировать, выполнит ли Китай когда-нибудь свои обязательства по увеличению закупок американских товаров более чем на $200 млрд., как того требовала первая фаза торговой сделки, заключенной при бывшем президенте Дональде Трампе.
А если Пекин этого не сделает — что казалось очевидным еще до начала игры, — то что сделают в ответ США?
В конечном счете игра растянулась до конца апреля.
Под нажимом Грейди обе команды [играющие за Китай и США] попросили перечислить тех, кто в Вашингтоне и Пекине участвовал в принятии решения о том, что делать дальше в торговых отношениях между США и Китаем. Затем они оценивали каждого игрока по шкале от нуля до 100 по четырем признакам: его влияние, важность для него вопроса, его позиция по этому вопросу и то, насколько гибким он будет во время переговоров.
Байдену и Си Цзиньпину ведущий сразу присвоил 100 баллов и команды рассуждали какая комбинация чиновников будет равна 100 баллам лидера.
Как только игроки оценили чиновников от нуля до 100 в различных категориях, компьютерная модель взяла верх, и алгоритмы использовали эти рейтинги для воспроизведения миллионов возможных взаимодействий между чиновниками в обеих странах. Формулы рассчитаны на оценку влияния игроков каждой страны, их сосредоточенности на этом вопросе и других критериев. Они также имитирует взаимодействие между американскими и китайскими игроками.
Результаты моделирования:
1. Ожидать оттепели в американо-китайских отношениях.
2. Ожидать нового раунда торговых переговоров. Оттепель наступит после того, как министр финансов США Джанет Йеллен сделает большой толчок к переменам, а китайский премьер Ли Кэцян станет ключевым игроком.
[также отмечен потенциал вице-премьера Лю Хэ]
Участники игры не согласились с результатом компьютерного моделирования.
Грейди сказал, что нет ничего необычного в том, что игроки не соглашаются с результатами своей работы.
И все же реакция игроков отражала одну из самых больших проблем прогнозирования.
Независимо от того, насколько сложна модель, точность модели зависит от качества обрабатываемой ею информации. Мусор внутрь – мусор наружу.
Politico (26.05.2022)
Джон Грейди, аспирант Бизнес-школы Стерна Нью-Йоркского университета, предложил провести упражнение по теории игр, чтобы спрогнозировать следующие шаги США и Китая в их экономическом соперничестве.
32-летний Грейди лицензировал программное обеспечение теории игр Брюса Буэно де Мескиты, теоретика игр Нью-Йоркского университета, настолько известного в этой области, что его называют просто инициалами BDM.
Модель BDM рассматривает отношения власти, полагая, что принятие решений – это битва людей, следующих своим личным интересам и самовозвеличиванию. Например, хотя президент обладает наибольшей властью в Вашингтоне, ему часто мешают другие влиятельные игроки, которые больше сосредоточены на каком-то вопросе (например, Национальная стрелковая ассоциация по контролю над оружием) или негибки (Джо Манчин по Build Back Better).
Модель не пытается оценить наилучшее возможное решение проблемы или решение, которое наилучшим образом отражало бы национальные интересы. Модель BDM больше похожа на оценку скорпионов в бутылке.
Модель рассматривает четыре характеристики:
1) влияние лиц, принимающих решения;
2) их позицию по какому-либо вопросу;
3) их гибкость в переговорах;
4) их сосредоточенность на этом вопросе.
Алгоритмы модели вычисляют миллионы различных возможных взаимодействий и, используя теорию игр, выдают наиболее вероятный результат.
ЦРУ сравнило предсказания модели BDM в 1980-х годах с теми, которые оно использовало, и обнаружило, что BDM «попадает в яблочко в два раза чаще».
«Модель BDM была точной в 89% случаев», – сказал Стэнли Федер, бывший аналитик ЦРУ, проводивший обзор. – «Мы довольно широко использовали её в ЦРУ».
Это исследование было рассекречено в 1995 году и с тех пор стало визитной карточкой Буэно де Мескиты.
Игра была разработана в феврале, чтобы спрогнозировать, выполнит ли Китай когда-нибудь свои обязательства по увеличению закупок американских товаров более чем на $200 млрд., как того требовала первая фаза торговой сделки, заключенной при бывшем президенте Дональде Трампе.
А если Пекин этого не сделает — что казалось очевидным еще до начала игры, — то что сделают в ответ США?
В конечном счете игра растянулась до конца апреля.
Под нажимом Грейди обе команды [играющие за Китай и США] попросили перечислить тех, кто в Вашингтоне и Пекине участвовал в принятии решения о том, что делать дальше в торговых отношениях между США и Китаем. Затем они оценивали каждого игрока по шкале от нуля до 100 по четырем признакам: его влияние, важность для него вопроса, его позиция по этому вопросу и то, насколько гибким он будет во время переговоров.
Байдену и Си Цзиньпину ведущий сразу присвоил 100 баллов и команды рассуждали какая комбинация чиновников будет равна 100 баллам лидера.
Как только игроки оценили чиновников от нуля до 100 в различных категориях, компьютерная модель взяла верх, и алгоритмы использовали эти рейтинги для воспроизведения миллионов возможных взаимодействий между чиновниками в обеих странах. Формулы рассчитаны на оценку влияния игроков каждой страны, их сосредоточенности на этом вопросе и других критериев. Они также имитирует взаимодействие между американскими и китайскими игроками.
Результаты моделирования:
1. Ожидать оттепели в американо-китайских отношениях.
2. Ожидать нового раунда торговых переговоров. Оттепель наступит после того, как министр финансов США Джанет Йеллен сделает большой толчок к переменам, а китайский премьер Ли Кэцян станет ключевым игроком.
[также отмечен потенциал вице-премьера Лю Хэ]
Участники игры не согласились с результатом компьютерного моделирования.
Грейди сказал, что нет ничего необычного в том, что игроки не соглашаются с результатами своей работы.
И все же реакция игроков отражала одну из самых больших проблем прогнозирования.
Независимо от того, насколько сложна модель, точность модели зависит от качества обрабатываемой ею информации. Мусор внутрь – мусор наружу.