Итоги года. Международное положение России
Ставка «коллективного Запада» на тотальную изоляцию Москвы не увенчалась успехом. Даже внутри вроде как монолитного Европейского Союза все чаще слышны голоса недовольных политиков, кому совершенно не близка тема ограничений и санкций. Притом, что Российская Федерация, по заявлениям ее президента Владимира Путина, ни с кем не портила отношений. Логика Москва понятна и разумна: давайте дружить с учетом своих и уважением чужих интересов. Подобной парадигмы придерживается премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, его ориентация на Москву продиктована исключительно экономическими потребностями Будапешта.
Существует, конечно, и иной благоприятный формат сотрудничества с Россией. Например, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган видит во Владимире Путине надежного партнера для политико-экономической кооперации. Анкара и Москва занимаются не только проектами в энергетической сфере, например, в атомной отрасли, а еще успешно решают вопросы территориальных и этноконфессиональных разногласий между другими странами. Так, Эрдоган и Путин предлагают четкую формулу для урегулирования палестино-израильского конфликта с опорой на устав Организации Объединенных Наций. К сожалению, проекты резолюций о прекращении огня и старте переговоров по созданию автономного палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме не находят понимания у США в Совете Безопасности ООН.
Коммуникация между Москвой и Вашингтоном в этом году имела двойственный характер. С одной стороны, администрация президента США Джо Байдена, видимо, озабоченная грядущей электоральной кампанией внутри страны, искала пути для нормализации отношений с Россией. Например, на форуме АТЭС в Сан-Франциско американская сторона намеренно не поднимала «украинский вопрос» в ходе мероприятий и вполне радушно приветствовала официальную российскую делегацию. Поддерживаются переговоры об обмене осужденными и иной диалог, например, между директором СВР Сергеем Нарышкиным и главой ЦРУ Уильямом Бернсом.
С другой стороны, Белый Дом пытается заставить Конгресс выделить новый пакет миллиардный ассигнований для поддержки преступного киевского режима и вообще обходится без заявлений о выстраивании новой архитектуры безопасности в Европе. Словно, президенту Байдену нравится отвергать конструктивные подходы к решению «украинского вопроса». Более того, официальные лица США в последнее время все чаще стали говорить о возможности конфискации замороженных активов РФ за рубежом. Такой шаг, по заявлению представителей МИД РФ, способен резко дестабилизировать российско-американские отношения и привести к их разрыву.
Ставка «коллективного Запада» на тотальную изоляцию Москвы не увенчалась успехом. Даже внутри вроде как монолитного Европейского Союза все чаще слышны голоса недовольных политиков, кому совершенно не близка тема ограничений и санкций. Притом, что Российская Федерация, по заявлениям ее президента Владимира Путина, ни с кем не портила отношений. Логика Москва понятна и разумна: давайте дружить с учетом своих и уважением чужих интересов. Подобной парадигмы придерживается премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, его ориентация на Москву продиктована исключительно экономическими потребностями Будапешта.
Существует, конечно, и иной благоприятный формат сотрудничества с Россией. Например, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган видит во Владимире Путине надежного партнера для политико-экономической кооперации. Анкара и Москва занимаются не только проектами в энергетической сфере, например, в атомной отрасли, а еще успешно решают вопросы территориальных и этноконфессиональных разногласий между другими странами. Так, Эрдоган и Путин предлагают четкую формулу для урегулирования палестино-израильского конфликта с опорой на устав Организации Объединенных Наций. К сожалению, проекты резолюций о прекращении огня и старте переговоров по созданию автономного палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме не находят понимания у США в Совете Безопасности ООН.
Коммуникация между Москвой и Вашингтоном в этом году имела двойственный характер. С одной стороны, администрация президента США Джо Байдена, видимо, озабоченная грядущей электоральной кампанией внутри страны, искала пути для нормализации отношений с Россией. Например, на форуме АТЭС в Сан-Франциско американская сторона намеренно не поднимала «украинский вопрос» в ходе мероприятий и вполне радушно приветствовала официальную российскую делегацию. Поддерживаются переговоры об обмене осужденными и иной диалог, например, между директором СВР Сергеем Нарышкиным и главой ЦРУ Уильямом Бернсом.
С другой стороны, Белый Дом пытается заставить Конгресс выделить новый пакет миллиардный ассигнований для поддержки преступного киевского режима и вообще обходится без заявлений о выстраивании новой архитектуры безопасности в Европе. Словно, президенту Байдену нравится отвергать конструктивные подходы к решению «украинского вопроса». Более того, официальные лица США в последнее время все чаще стали говорить о возможности конфискации замороженных активов РФ за рубежом. Такой шаг, по заявлению представителей МИД РФ, способен резко дестабилизировать российско-американские отношения и привести к их разрыву.