Репост из: Что делать?
Канал «Сибиряк» специально для канала «Что делать?»
Приоритеты от «номера три»
В эпоху внешнеполитической турбулентности, когда давние территориальные и иные разногласия, моментально вспыхивают ограниченным военным конфликтом, важно следить за официальными комментариями. От лиц, кто может создавать смыслы и задавать направления. Где? В общественно-политической среде, в экспертном сообществе. В контексте Российской Федерации смыслы по внешнеполитической линии генерируют президент РФ Владимир Путин, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, ведь он ежедневно проводит конф-коллы с журналистами кремлевского пула и выдает дополнительную информацию по разным вопросам, такого, уточняющего характера и министр иностранных дел РФ Сергей Лавров. Путин – это тема стратегического вектора, обозначения направления, по которому предстоит работать в ближайшее время. Лавров – тактик, кто, в обозначенных рамках, предпринимает конкретные действия. Учитывая бэкграунд Сергея Викторовича, его продолжительность работы на посту главы внешнеполитического ведомства, от него всегда можно и нужно ожидать неких лично-индивидуальных соображений, которые тоже дают «пищу для размышлений».
Лавров, на прошлой неделе, посетил Киргизскую Республику, город Чолпон-Ата, где провел переговоры с руководством страны и участвовал в заседании совета министров иностранных дел при ОДКБ. Факт совместного заявления министров «в связи с ситуацией на Ближнем Востоке» показывает беспокойство РФ по поводу ирано-израильского конфликта. Конкретных рычагов противодействия Иерусалиму у Москвы нет, зато она в состоянии подогреть беспокойство среди своих союзников и партнеров по интеграционным объединениям. То есть, формируется общее осуждающее мнение, которое, в какой-то степени, может сказаться на международных отношениях Израиля с государствами Средней и Центральной Азии. Не самое приоритетное направление для премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, но, как говорится, «а вдруг?».
Любопытно, что об агрессии Израиля в отношении Ирана Сергей Лавров почти не говорил, зато, как обычно, упомянул «конфликт на Украине» вместе с темой расширения Североатлантического Альянса на Восток, попытками Запада нанести России «стратегическое поражение» и стремлении неких сил «фальсифицировать историю». Фальсификаторы, впрочем, легко угадываются – это «нацистский режим» в Киеве. Характерная деталь: Лавров никоим образом не упоминал США в негативном ключе. Здесь можно сделать вывод, что Москва, на нынешнем этапе международных отношений, рассматривает Вашингтон как партнера и потенциального союзника. Что касается использования привычной риторики в адрес «коллективного Запада», то Сергей Викторович, похоже, разделяет Североатлантический Альянс на отдельные элементы: есть Турция, с которой дружим, есть США, где появилось «новое мышление» и еще в наличии Европа с ее русофобскими замашками.
После Украины и Ирана на третьем месте по смыслам от Лаврова находятся интеграционные процессы: ОДКБ, СНГ, ЕАЭС, ШОС. В принципе, здесь тоже прослеживается логика: сначала надо разобраться с напряженностью в мире, нивелировать опасность от «точек риска», а уже потом заниматься кооперацией и выводить внешнюю торговлю на новый уровень. Что характерно, Сергей Викторович, в рамках небольшой пресс-конференции по окончанию коллегиальных мероприятий, подтвердил, что в ходе переговоров постоянно затрагивались злободневные вопросы современности. От Тегерана и Еревана, где власть пошла в наступление на церковь, и до Белграда, где продолжаются студенческие волнения и создаются предпосылки для «цветной революции». Кстати, да, Лавров употребил этот термин – значит, все равно к США присутствует некая настороженность. В контексте подобных ситуаций.
Приоритеты от «номера три»
В эпоху внешнеполитической турбулентности, когда давние территориальные и иные разногласия, моментально вспыхивают ограниченным военным конфликтом, важно следить за официальными комментариями. От лиц, кто может создавать смыслы и задавать направления. Где? В общественно-политической среде, в экспертном сообществе. В контексте Российской Федерации смыслы по внешнеполитической линии генерируют президент РФ Владимир Путин, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, ведь он ежедневно проводит конф-коллы с журналистами кремлевского пула и выдает дополнительную информацию по разным вопросам, такого, уточняющего характера и министр иностранных дел РФ Сергей Лавров. Путин – это тема стратегического вектора, обозначения направления, по которому предстоит работать в ближайшее время. Лавров – тактик, кто, в обозначенных рамках, предпринимает конкретные действия. Учитывая бэкграунд Сергея Викторовича, его продолжительность работы на посту главы внешнеполитического ведомства, от него всегда можно и нужно ожидать неких лично-индивидуальных соображений, которые тоже дают «пищу для размышлений».
Лавров, на прошлой неделе, посетил Киргизскую Республику, город Чолпон-Ата, где провел переговоры с руководством страны и участвовал в заседании совета министров иностранных дел при ОДКБ. Факт совместного заявления министров «в связи с ситуацией на Ближнем Востоке» показывает беспокойство РФ по поводу ирано-израильского конфликта. Конкретных рычагов противодействия Иерусалиму у Москвы нет, зато она в состоянии подогреть беспокойство среди своих союзников и партнеров по интеграционным объединениям. То есть, формируется общее осуждающее мнение, которое, в какой-то степени, может сказаться на международных отношениях Израиля с государствами Средней и Центральной Азии. Не самое приоритетное направление для премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, но, как говорится, «а вдруг?».
Любопытно, что об агрессии Израиля в отношении Ирана Сергей Лавров почти не говорил, зато, как обычно, упомянул «конфликт на Украине» вместе с темой расширения Североатлантического Альянса на Восток, попытками Запада нанести России «стратегическое поражение» и стремлении неких сил «фальсифицировать историю». Фальсификаторы, впрочем, легко угадываются – это «нацистский режим» в Киеве. Характерная деталь: Лавров никоим образом не упоминал США в негативном ключе. Здесь можно сделать вывод, что Москва, на нынешнем этапе международных отношений, рассматривает Вашингтон как партнера и потенциального союзника. Что касается использования привычной риторики в адрес «коллективного Запада», то Сергей Викторович, похоже, разделяет Североатлантический Альянс на отдельные элементы: есть Турция, с которой дружим, есть США, где появилось «новое мышление» и еще в наличии Европа с ее русофобскими замашками.
После Украины и Ирана на третьем месте по смыслам от Лаврова находятся интеграционные процессы: ОДКБ, СНГ, ЕАЭС, ШОС. В принципе, здесь тоже прослеживается логика: сначала надо разобраться с напряженностью в мире, нивелировать опасность от «точек риска», а уже потом заниматься кооперацией и выводить внешнюю торговлю на новый уровень. Что характерно, Сергей Викторович, в рамках небольшой пресс-конференции по окончанию коллегиальных мероприятий, подтвердил, что в ходе переговоров постоянно затрагивались злободневные вопросы современности. От Тегерана и Еревана, где власть пошла в наступление на церковь, и до Белграда, где продолжаются студенческие волнения и создаются предпосылки для «цветной революции». Кстати, да, Лавров употребил этот термин – значит, все равно к США присутствует некая настороженность. В контексте подобных ситуаций.