Казус Жириновского
Сегодня, когда действующая политическая элита, через президента РФ Владимира Путина, премьер-министра РФ Михаила Мишустина, пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, верифицирует высказывания Владимира Жириновского, задумываешься о глобальном успехе либеральной демократии в России. Точнее, той партии и тех смыслов, что Владимир Вольфович распространял от своего имени. Это точно была демократия, в истинном понимании про «власть народа», но не факт, что либеральная, ибо Жириновский двигал свой авторитет в массы. То есть, демократия с легким привкусом авторитаризма.
Как политик в моменте, Владимир Жириновский явно преуспел: у него был хороший старт в Государственной Думе РФ первого созыва, был свой ядерный электорат, который устал от коммунистических идей и не пропитался духом рыночного капитализма в российской итерации. Жириновский ухватил тему: говорить ярко и красиво, критиковать союзников и оппонентов и заявлять полуфантастические идеи. Тут не важно, мог ли они сбыться или нет, главный акцент на эмоции и экспрессию.
В тоже время, несмотря на вождистский тип ЛДПР и культ собственной личности, Владимир Вольфович как будто опасался выходить в абсолютные лидеры. Он даже спикером Госдумы не стал, хотя такие возможности были. Для президентства, даже теоретического, ему не хватало усидчивости. А вот быть «номером вторым» (или третьим, это как посмотреть) – вполне себе вызов. Со «второго» или «третьего» спрос чуть меньше, чем с верховного руководителя. Опять же, можно критиковать начальников, поносить их, на чем свет стоит.
Любопытно, что конструкция, которая собралась в девяностые, вполне себе функционировала в нулевые, десятые и даже двадцатые годы. ЛДПР, как была ширмой, так ей и оставалась все время активности Владимира Жириновского. Сам «Вольфыч», по-прежнему, трибунил без устали, может, с чуть меньшей критикой в адрес Кремля. Впрочем, на ядерный электорат «снижение градуса» никак не влияло. Как оказалось, эмоции могут соседствовать со стабильностью и перманентностью. Опять же если лидер отдельно взятой партии не рвется на четкий политический олимп.
Конечно, все это было красиво, о чем нам свидетельствует недавняя фотовыставка жизни Жириновского и где-то даже эффектно, но, увы, не эффективно. Владимир Вольфович, при своем магнетизме, так и не смог послужить стране на ее благо. Красивые речи и отдельные предсказания в актив особо не запишешь. Либеральные идеи? Они тоже как-то не кристаллизовались за все эти годы. Да даже ЛДПР, сейчас в партии наличествует кризис, там не понимают, как строить идеологию, когда ее творец ушел в мир иной. По-хорошему, конечно, партию надо распускать и создавать новое движение. По той простой причине, что ЛДПР была личным инструментом Жириновского.
Сегодня, когда действующая политическая элита, через президента РФ Владимира Путина, премьер-министра РФ Михаила Мишустина, пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, верифицирует высказывания Владимира Жириновского, задумываешься о глобальном успехе либеральной демократии в России. Точнее, той партии и тех смыслов, что Владимир Вольфович распространял от своего имени. Это точно была демократия, в истинном понимании про «власть народа», но не факт, что либеральная, ибо Жириновский двигал свой авторитет в массы. То есть, демократия с легким привкусом авторитаризма.
Как политик в моменте, Владимир Жириновский явно преуспел: у него был хороший старт в Государственной Думе РФ первого созыва, был свой ядерный электорат, который устал от коммунистических идей и не пропитался духом рыночного капитализма в российской итерации. Жириновский ухватил тему: говорить ярко и красиво, критиковать союзников и оппонентов и заявлять полуфантастические идеи. Тут не важно, мог ли они сбыться или нет, главный акцент на эмоции и экспрессию.
В тоже время, несмотря на вождистский тип ЛДПР и культ собственной личности, Владимир Вольфович как будто опасался выходить в абсолютные лидеры. Он даже спикером Госдумы не стал, хотя такие возможности были. Для президентства, даже теоретического, ему не хватало усидчивости. А вот быть «номером вторым» (или третьим, это как посмотреть) – вполне себе вызов. Со «второго» или «третьего» спрос чуть меньше, чем с верховного руководителя. Опять же, можно критиковать начальников, поносить их, на чем свет стоит.
Любопытно, что конструкция, которая собралась в девяностые, вполне себе функционировала в нулевые, десятые и даже двадцатые годы. ЛДПР, как была ширмой, так ей и оставалась все время активности Владимира Жириновского. Сам «Вольфыч», по-прежнему, трибунил без устали, может, с чуть меньшей критикой в адрес Кремля. Впрочем, на ядерный электорат «снижение градуса» никак не влияло. Как оказалось, эмоции могут соседствовать со стабильностью и перманентностью. Опять же если лидер отдельно взятой партии не рвется на четкий политический олимп.
Конечно, все это было красиво, о чем нам свидетельствует недавняя фотовыставка жизни Жириновского и где-то даже эффектно, но, увы, не эффективно. Владимир Вольфович, при своем магнетизме, так и не смог послужить стране на ее благо. Красивые речи и отдельные предсказания в актив особо не запишешь. Либеральные идеи? Они тоже как-то не кристаллизовались за все эти годы. Да даже ЛДПР, сейчас в партии наличествует кризис, там не понимают, как строить идеологию, когда ее творец ушел в мир иной. По-хорошему, конечно, партию надо распускать и создавать новое движение. По той простой причине, что ЛДПР была личным инструментом Жириновского.