Влияние, деньги и расширение в Бишкеке
Сложно отделить повестку форума ШОС от проблем в международных отношениях, которые циркулируют в нынешний момент времени. Тем более, что Москва, судя по интенсивности встреч президента РФ Владимира Путина в Бишкеке, рассматривает формат «Шанхая» как удобную коммуникационную площадку для решения собственных вопросов. Начиная от безвизового режима для граждан другой страны и заканчивая реализацией крупных инфраструктурных проектов, вроде второй очереди на газопроводе «Сила Сибири».
Хорошо, пусть ШОС отчасти будет площадкой для коммуникаций. Что еще есть здесь? Во-первых, состоявшееся интеграционное объединение, клуб по экономическим интересам, который имеет положительную динамику в плане расширения. Появление новых членов, вроде Индии, Пакистана, Ирана, Белоруссии. Больше членов, больше мнений на обсуждениях, больше важности в декларации и прочих резолюциях. Вот эта состоятельность – она, в основном, работает для внешних наблюдателей. Неслучайно, что в Бишкек прилетел генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш. Ему тут наглядно показывают, как региональные лидеры решают глобальные проблемы, пока Объединенные Нации свои внимание направили в иное место.
Во-вторых, развитие ШОС, расширение числа участников подразумевает новые форматы взаимодействия. Об этот как раз говорил Путин, в ходе заседания Совета глав государств, про статус «партнер ШОС». То есть, не надо больше быть наблюдателями или прочими там ассоциированными членами или кем-то еще. Партнер – это звучит просто и понятно. Можно сказать, что «Шанхай» открывает двери и приглашает всех желающих. Тут, конечно, можно поспорить насчет размывания идентичности ШОС, но не будем забывать, с чего все начиналось. Пять постсоветских государств и Поднебесная. То есть, можно справедливо спросить, причем здесь Индия, Пакистан и Иран?
В-третьих, каждая крупная интеграция тяготеет к своим финансовым институтам. Тема про ШОС-Банк реконструкции и развития – давно грустная, но ее опять завели. И опять начались разговоры про «максимальную независимость» от государств-членов, от намерений использовать институцию, чтобы ставить палки в колеса своим недругам. Последняя угроза имеет место быть, ведь у нас в «Шанхае» заседают Нью-Дели с Исламабадом, которые недавно опять чуть не устроили очередной взаимный джихад.
Если говорить коротко про повестку, то она сводится к трем четким смыслам: влияние, деньги и расширение. По этим смыслам, они же параметры, можно понимать, был ли конкретный саммит удачным. Будет ли расширение, появится ли скоро банк, какие новые инициативы по мировой проблематике предложил «Шанхай»?
Видимо, надо подождать, чтобы понять.
Сложно отделить повестку форума ШОС от проблем в международных отношениях, которые циркулируют в нынешний момент времени. Тем более, что Москва, судя по интенсивности встреч президента РФ Владимира Путина в Бишкеке, рассматривает формат «Шанхая» как удобную коммуникационную площадку для решения собственных вопросов. Начиная от безвизового режима для граждан другой страны и заканчивая реализацией крупных инфраструктурных проектов, вроде второй очереди на газопроводе «Сила Сибири».
Хорошо, пусть ШОС отчасти будет площадкой для коммуникаций. Что еще есть здесь? Во-первых, состоявшееся интеграционное объединение, клуб по экономическим интересам, который имеет положительную динамику в плане расширения. Появление новых членов, вроде Индии, Пакистана, Ирана, Белоруссии. Больше членов, больше мнений на обсуждениях, больше важности в декларации и прочих резолюциях. Вот эта состоятельность – она, в основном, работает для внешних наблюдателей. Неслучайно, что в Бишкек прилетел генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш. Ему тут наглядно показывают, как региональные лидеры решают глобальные проблемы, пока Объединенные Нации свои внимание направили в иное место.
Во-вторых, развитие ШОС, расширение числа участников подразумевает новые форматы взаимодействия. Об этот как раз говорил Путин, в ходе заседания Совета глав государств, про статус «партнер ШОС». То есть, не надо больше быть наблюдателями или прочими там ассоциированными членами или кем-то еще. Партнер – это звучит просто и понятно. Можно сказать, что «Шанхай» открывает двери и приглашает всех желающих. Тут, конечно, можно поспорить насчет размывания идентичности ШОС, но не будем забывать, с чего все начиналось. Пять постсоветских государств и Поднебесная. То есть, можно справедливо спросить, причем здесь Индия, Пакистан и Иран?
В-третьих, каждая крупная интеграция тяготеет к своим финансовым институтам. Тема про ШОС-Банк реконструкции и развития – давно грустная, но ее опять завели. И опять начались разговоры про «максимальную независимость» от государств-членов, от намерений использовать институцию, чтобы ставить палки в колеса своим недругам. Последняя угроза имеет место быть, ведь у нас в «Шанхае» заседают Нью-Дели с Исламабадом, которые недавно опять чуть не устроили очередной взаимный джихад.
Если говорить коротко про повестку, то она сводится к трем четким смыслам: влияние, деньги и расширение. По этим смыслам, они же параметры, можно понимать, был ли конкретный саммит удачным. Будет ли расширение, появится ли скоро банк, какие новые инициативы по мировой проблематике предложил «Шанхай»?
Видимо, надо подождать, чтобы понять.