Нет ничего опаснее, когда люди начинают требовать справедливости. Дело в том, что из всех абстрактных определений – это наиболее субъективное. У каждого – своя правда, но и понятие о справедливости – также очень специфическое у каждого, кто имеет свою систему ценностей. Вот, Шариков у Булгакова требовал «все отнять и поделить»...
Однако попробуй автору вышеописанных строк не заплатить полагающуюся зарплату, и он сразу же высчитает «абстрактную несправедливость» в конкретных единицах. Апеллировать к придуманному литературному образу (причём, не Булгаковскому, а созданному режиссёром Бортко – в книге чётко определяется два полярных, но отвратительно-отрицательных героя - Шариков и Преображенский) не значит «доказать». Но, допустим, даже один требовал «отнять и поделить», а второму нужна была 8 комната «под библиотеку». А девятая под оранжерею? А десятая под бассейн? Без лимита «совершенству»?
Идея, что нет «никакой справедливости» стара так же, как и Платон (а то и ранее). Да – нет! Как и единой «теоремы всего». Но «по частям» мироздание (ибо происходит бесконечное множество процессов одновременно, которое «не объять») успешно изучают и приходят к определённым выводам, дающим вполне прагматичные результаты. В религиозном мировоззрении «справедливость» постулируется, в рациональном – измеряется. Зачем? Для соблюдения симметрии, без которой не будет общности: нет паствы – нет и культа, нет социума – нет и «ёмкости рынка», то есть больших и усложняющихся проектов, значит и развития «одноклеточных».
Эволюция человеческой популяции достигается и кооперацией, и конкуренцией, выбрать что-то одно – невозможно, это и есть две крайности. Но когда уже существует «перекос» и требуется выравнивание баланса, усиливаются требования либо одного, либо другого, что вполне логично. Если разделить временную шкалу цивилизации на две части – то большая останется за, так называемыми «государствами Востока» (от Вавилона до Египта) с их обобществлённо-государственным способом хозяйствования, сподвигнувшим на реализацию крупных проектов (от мелиорации до пирамид). Но потом случилась остановка, ибо масса всегда более консервативна, нежели отдельные индивидуумы. Однако, ожесточённая конкуренция «навсегда» тоже невозможна - слишком энергозатратно, поэтому всё равно придётся договариваться и объединяться.
Перевести «справедливость» с отвлечённого на категоричный - легко: ответственность и соразмерность. Элиты, не соблюдающие пропорции, характерные для данного периода «накопления информации», перестают быть элитами. Проблема в том, что те, кому пора уходить, последними осознают, что – пора уходить. «Да мы охренели, и чё?!» (С). Если перейти от «общих баранов» к сугубо нашим, применительно к нынешней РФ, то «вертикаль власти» нужна для чего-то, а не просто «чтоб была». У социалистов бюрократию должно контролировать общество. У либералов — регулирует капитал. Но чтоб бюрократы, организовав собственную стаю, назначали «капиталистов» и в приказном порядке контролировали общество — это оксюморон, экономическое уродство и нежизнеспособное гибридство. Защищать подобное – можно лишь за денежку малую (что хотя бы объяснимо), или совсем уж от разума чистого.
В заключении, наиболее понравившаяся цитата: «В природе такого понятия [справедливости] нет в принципе, и животный мир суров, но несправедлив. Так что в этом своем стремлении человечество издревле идет против течения».
Здесь, например, шимпанзе могли бы возразить, но нет у них «языковых понятий». Впрочем, не про то речь, а вот математика в природе есть? До сих пор ведь спорят: человечество открыло математику или изобрело? И, тем не менее, математические закономерности почему-то соблюдаются "в природе", ох, беда с этими людьми, которые «против течения».
Однако попробуй автору вышеописанных строк не заплатить полагающуюся зарплату, и он сразу же высчитает «абстрактную несправедливость» в конкретных единицах. Апеллировать к придуманному литературному образу (причём, не Булгаковскому, а созданному режиссёром Бортко – в книге чётко определяется два полярных, но отвратительно-отрицательных героя - Шариков и Преображенский) не значит «доказать». Но, допустим, даже один требовал «отнять и поделить», а второму нужна была 8 комната «под библиотеку». А девятая под оранжерею? А десятая под бассейн? Без лимита «совершенству»?
Идея, что нет «никакой справедливости» стара так же, как и Платон (а то и ранее). Да – нет! Как и единой «теоремы всего». Но «по частям» мироздание (ибо происходит бесконечное множество процессов одновременно, которое «не объять») успешно изучают и приходят к определённым выводам, дающим вполне прагматичные результаты. В религиозном мировоззрении «справедливость» постулируется, в рациональном – измеряется. Зачем? Для соблюдения симметрии, без которой не будет общности: нет паствы – нет и культа, нет социума – нет и «ёмкости рынка», то есть больших и усложняющихся проектов, значит и развития «одноклеточных».
Эволюция человеческой популяции достигается и кооперацией, и конкуренцией, выбрать что-то одно – невозможно, это и есть две крайности. Но когда уже существует «перекос» и требуется выравнивание баланса, усиливаются требования либо одного, либо другого, что вполне логично. Если разделить временную шкалу цивилизации на две части – то большая останется за, так называемыми «государствами Востока» (от Вавилона до Египта) с их обобществлённо-государственным способом хозяйствования, сподвигнувшим на реализацию крупных проектов (от мелиорации до пирамид). Но потом случилась остановка, ибо масса всегда более консервативна, нежели отдельные индивидуумы. Однако, ожесточённая конкуренция «навсегда» тоже невозможна - слишком энергозатратно, поэтому всё равно придётся договариваться и объединяться.
Перевести «справедливость» с отвлечённого на категоричный - легко: ответственность и соразмерность. Элиты, не соблюдающие пропорции, характерные для данного периода «накопления информации», перестают быть элитами. Проблема в том, что те, кому пора уходить, последними осознают, что – пора уходить. «Да мы охренели, и чё?!» (С). Если перейти от «общих баранов» к сугубо нашим, применительно к нынешней РФ, то «вертикаль власти» нужна для чего-то, а не просто «чтоб была». У социалистов бюрократию должно контролировать общество. У либералов — регулирует капитал. Но чтоб бюрократы, организовав собственную стаю, назначали «капиталистов» и в приказном порядке контролировали общество — это оксюморон, экономическое уродство и нежизнеспособное гибридство. Защищать подобное – можно лишь за денежку малую (что хотя бы объяснимо), или совсем уж от разума чистого.
В заключении, наиболее понравившаяся цитата: «В природе такого понятия [справедливости] нет в принципе, и животный мир суров, но несправедлив. Так что в этом своем стремлении человечество издревле идет против течения».
Здесь, например, шимпанзе могли бы возразить, но нет у них «языковых понятий». Впрочем, не про то речь, а вот математика в природе есть? До сих пор ведь спорят: человечество открыло математику или изобрело? И, тем не менее, математические закономерности почему-то соблюдаются "в природе", ох, беда с этими людьми, которые «против течения».