Даже после массовых недопусков к выборам оппозиции оставались те, кто верил, что у всех допущенных до выборов кандидатов есть шансы оказаться в Госдуме. "Движение за прямую демократию" поддерживало только двух кандидатов: Анастасию Удальцову и Владислава Постникова. При этом решение о поддержке принималось не из-за партий, от которых они выдвигались, и не личных качеств. Оба кандидата пообещали в случае своей победы использовать прямодемократические инструменты в работе: голосовать на заседаниях только так, как решит большинство избирателей на электронной площадке, и сделать самоотзыв в случае, если избиратели разочаруются. Их победа ознаменовала бы начало становления прямой электронной демократии в России.

Но чуду не суждено было случиться. Точнее, именно чудеса методологий ЦИКа на подсчете онлайн-голосования изменили расклад сил. Идущие с большим отрывом Удальцова, Лобанов и еще несколько кандидатов из Москвы внезапно стали проигрывать "единороссам". Откуда у кремлевских кандидатов взялось столько "электронного электората", и почему он выплыл внезапно, аккурат под закрытие избирательного процесса - убедительных ответов никто не дал. Какие же итоги можно теперь подвести? Для многих еще веривших в справедливость и демократию дистанционное онлайн-голосование (ДЭГ) окончательно стало "котом в мешке". Вот только корень зла совсем в другом, ведь демократия в первую очередь должна быть прямой, и только потом электронной.