Саня-бензовоз или старый конь на борозде.
Сведущие люди гутарят, что «эффективный» Саня все больше теснит боевых товарищей и тянет на себя политическое одеяло нашей многострадальной губернии. Поставленный в качестве кризисного менеджера он уже примеряет на себя корону. Понимая, что губернаторское кресло ему не светит по всем понятным причинам, он присматривается к титулу «ночного губернатора», вакантном с момента отлучения Помидора. Эдакий кардинал Ришелье при юном Людовике XIII.
Надо признать, Саня неплохой актер. Он имитирует бурную деятельность, и по крайней мере на одного зрителя, Людовика, его игра производит впечатление. Хотя в реальности проблемы никуда не уходят, а задвигаются пыльной метлой под старый коврик
Тем не менее, Ришелье активно лоббирует интересы своих партнеров и старинных приятелей по картежному столу. Многим им он задолжал, а теперь усиленно отдает долги должностями, постановлениями и подковерными интригами. Но и про себя не забывает. Гутарят, мол, скоро портрет «эффективного» будет висеть в школах и больницах наряду с президентом, чуть повыше губернатора и сильно выше председателя думы и мэра.
Глаза старого приятеля «Людовика» мог бы приподоткрыть Михаил (господин де Тревиль). Но видимо автомобильные тяжбы и полоскание в новостных сюжетах отвлекают его от того, что творится прямо под носом.
Сведущие люди гутарят, что «эффективный» Саня все больше теснит боевых товарищей и тянет на себя политическое одеяло нашей многострадальной губернии. Поставленный в качестве кризисного менеджера он уже примеряет на себя корону. Понимая, что губернаторское кресло ему не светит по всем понятным причинам, он присматривается к титулу «ночного губернатора», вакантном с момента отлучения Помидора. Эдакий кардинал Ришелье при юном Людовике XIII.
Надо признать, Саня неплохой актер. Он имитирует бурную деятельность, и по крайней мере на одного зрителя, Людовика, его игра производит впечатление. Хотя в реальности проблемы никуда не уходят, а задвигаются пыльной метлой под старый коврик
Тем не менее, Ришелье активно лоббирует интересы своих партнеров и старинных приятелей по картежному столу. Многим им он задолжал, а теперь усиленно отдает долги должностями, постановлениями и подковерными интригами. Но и про себя не забывает. Гутарят, мол, скоро портрет «эффективного» будет висеть в школах и больницах наряду с президентом, чуть повыше губернатора и сильно выше председателя думы и мэра.
Глаза старого приятеля «Людовика» мог бы приподоткрыть Михаил (господин де Тревиль). Но видимо автомобильные тяжбы и полоскание в новостных сюжетах отвлекают его от того, что творится прямо под носом.