Производительность труда и методы определения цены
Часть 2 из 2, начало — здесь.
Рыночный метод – это в первую очередь отсутствие регулирования цен государством.
Каждый подрядчик дает свои цены, не зная цены конкурентов, тем более смет заказчика. Никто не снижает цены, а заказчик выбирает между предложенными. И это совершенно по-другому выстраивает отношения. Не ты дал мне расценки и стоимость в целом, а я ее сам посчитал. Здесь сразу видна разница в подходах и риски воровства резко снижаются.
При рыночном определении цены все начинает работать по-другому, хотя, у нас, по сути, на объектах работают одни и те же люди, они постоянно кочуют с госзаказа – в коммерческую стройку и наоборот. Поэтому культура производства смешана. На коммерческих стройках люди также воруют. Так принято уже несколько поколений.
Чтобы понять, где мы находимся, нужно поставить еще одну точку, ориентир.
Каторга, рабство – суть одно – низкопроизводительный труд за еду. И наш с вами госзаказ с проектно-сметным методом находится где-то между каторгой и рынком, с разницей лишь в объемах обоюдного объегоривания. Кому-то щи жидкие, а кому-то лишь бы "в ноль" выйти.
Поэтому, все, что слева от точки рыночного определения цены – зона рискованной стройки. И чем дальше от рыночной цены – тем воровства и недостроев больше.
Хотя у нас каким-то чудесным образом всех убедили, что применение нерыночного проектно-сметного метода при определении цены, потом еще и ее снижение на якобы конкурентной процедуре – и есть рыночные отношения. А все риски при этом остаются у подрядчика🤷♂️
Объемы контроля и контроль объемов.
Есть еще один очень важный минус сдерживания цен проектно-сметным методом – это необходимость бОльшего контроля заказчиком. Конечно, когда сначала подрядчиков массово ставят в такие условия, они в ответ платят той же монетой и за ними нужен глаз да глаз.
Именно поэтому предлагаемый нашими учеными умами риск-ориентированный подход кардинально отличается от зарубежного. Буржуи его придумали с целью экономии ресурса заказчика, чтобы меньше проверять, только там, где есть высокие риски нарушений качества.
У нас же риски нарушений вообще везде, и они максимальные, поэтому наш отечественный риск-ориентированный подход призван напротив, увеличить объемы проверок.
Сейчас уже ситуация настолько зашла в тупик, что многие предлагают и вовсе отменить контроль подрядчика, настолько он антиэффективен.
Ну и, если продлить линию затрат заказчика на контроль дальше, то в районе каторги должны подключаться такие методы воздействия на работника как плети, палки и прочие эффективные в таких условиях инструменты.
И только вправо от рыночной цены начинает работать репутация, конкуренция и все то, что мы видели в кино. Только здесь подрядчику самому становится интересно знать свое реальное качество и поддерживать его уровень.
Слева от рынка подрядчик точно знает, что качество низкое, потому что он его таким и запланировал.
Наша производительность работ такая, какая есть в первую очередь из-за несправедливых, но достоверных цен, спущенных сверху.
Премия за риск и компенсация затрат. Наверное, буржуи когда-то посчитали, что производительность, качество и сроки все-таки зависят от цены и приняли целый спектр инструментов поощрения.
Это аукцион Викри, когда тебе дают цену чуть больше, чем ты сам посчитал. Это контракты с паушальной ценой на EPC (обычно +30% от цены с классическим способом строительства). Это контракты с оплатой по проценту готовности без объемов. Это нормальные запасы непредвиденных и реальные допработы. Это VECP, когда ты делишь 50/50 с заказчиком разницу между твоей ценой и сэкономленной за счет рацпредложений.
И именно тут водятся матерые профессиональные строители и цифровизация, а не вот это все. Потому что производительность в первую очередь зависит от справедливой цены и справедливой оплаты.
А вот распиаренный опенбук, подходящий под 5-й метод определения цены должен быть еще дороже.
Александр Васильев специально для @smety
Часть 2 из 2, начало — здесь.
Рыночный метод – это в первую очередь отсутствие регулирования цен государством.
Каждый подрядчик дает свои цены, не зная цены конкурентов, тем более смет заказчика. Никто не снижает цены, а заказчик выбирает между предложенными. И это совершенно по-другому выстраивает отношения. Не ты дал мне расценки и стоимость в целом, а я ее сам посчитал. Здесь сразу видна разница в подходах и риски воровства резко снижаются.
При рыночном определении цены все начинает работать по-другому, хотя, у нас, по сути, на объектах работают одни и те же люди, они постоянно кочуют с госзаказа – в коммерческую стройку и наоборот. Поэтому культура производства смешана. На коммерческих стройках люди также воруют. Так принято уже несколько поколений.
Чтобы понять, где мы находимся, нужно поставить еще одну точку, ориентир.
Каторга, рабство – суть одно – низкопроизводительный труд за еду. И наш с вами госзаказ с проектно-сметным методом находится где-то между каторгой и рынком, с разницей лишь в объемах обоюдного объегоривания. Кому-то щи жидкие, а кому-то лишь бы "в ноль" выйти.
Поэтому, все, что слева от точки рыночного определения цены – зона рискованной стройки. И чем дальше от рыночной цены – тем воровства и недостроев больше.
Хотя у нас каким-то чудесным образом всех убедили, что применение нерыночного проектно-сметного метода при определении цены, потом еще и ее снижение на якобы конкурентной процедуре – и есть рыночные отношения. А все риски при этом остаются у подрядчика🤷♂️
Объемы контроля и контроль объемов.
Есть еще один очень важный минус сдерживания цен проектно-сметным методом – это необходимость бОльшего контроля заказчиком. Конечно, когда сначала подрядчиков массово ставят в такие условия, они в ответ платят той же монетой и за ними нужен глаз да глаз.
Именно поэтому предлагаемый нашими учеными умами риск-ориентированный подход кардинально отличается от зарубежного. Буржуи его придумали с целью экономии ресурса заказчика, чтобы меньше проверять, только там, где есть высокие риски нарушений качества.
У нас же риски нарушений вообще везде, и они максимальные, поэтому наш отечественный риск-ориентированный подход призван напротив, увеличить объемы проверок.
Сейчас уже ситуация настолько зашла в тупик, что многие предлагают и вовсе отменить контроль подрядчика, настолько он антиэффективен.
Ну и, если продлить линию затрат заказчика на контроль дальше, то в районе каторги должны подключаться такие методы воздействия на работника как плети, палки и прочие эффективные в таких условиях инструменты.
И только вправо от рыночной цены начинает работать репутация, конкуренция и все то, что мы видели в кино. Только здесь подрядчику самому становится интересно знать свое реальное качество и поддерживать его уровень.
Слева от рынка подрядчик точно знает, что качество низкое, потому что он его таким и запланировал.
Наша производительность работ такая, какая есть в первую очередь из-за несправедливых, но достоверных цен, спущенных сверху.
Премия за риск и компенсация затрат. Наверное, буржуи когда-то посчитали, что производительность, качество и сроки все-таки зависят от цены и приняли целый спектр инструментов поощрения.
Это аукцион Викри, когда тебе дают цену чуть больше, чем ты сам посчитал. Это контракты с паушальной ценой на EPC (обычно +30% от цены с классическим способом строительства). Это контракты с оплатой по проценту готовности без объемов. Это нормальные запасы непредвиденных и реальные допработы. Это VECP, когда ты делишь 50/50 с заказчиком разницу между твоей ценой и сэкономленной за счет рацпредложений.
И именно тут водятся матерые профессиональные строители и цифровизация, а не вот это все. Потому что производительность в первую очередь зависит от справедливой цены и справедливой оплаты.
А вот распиаренный опенбук, подходящий под 5-й метод определения цены должен быть еще дороже.
Александр Васильев специально для @smety