Дорожная карта поддержки отечественного ПО для информационного моделирования: как контролировать то, во что не веришь?
Прочитали несколько раз Дорожную карту и комментарии коллег. Спойлер: ни провала, ни прорыва. Обычный документ, подписанный с опозданием в 3-4 месяца, который ничем не удивил.
Возникает один-единственный, но очень ёмкий вопрос: «И что?».
Да, документ подписан вице-премьером. Да, он полон важных слов: «механизмы контроля», «обязательность использования», «проверка лицензий». Есть даже поэтичный пункт об «общественно-просветительской работе по популяризации перехода» (март 2026, не пропустите). Но вся эта грандиозная конструкция напоминает попытку построить небоскрёб, заложив фундамент... в облаках.
Всё становится на свои места, если прочитать дорожную карту не как план, а как ребус. Ключ к нему — п.3, где Главгосэкспертиза России назначается ответственной за разработку механизмов контроля использования российского ПО. Тут хочется вежливо, но настойчиво уточнить: Главгосэкспертиза у нас в ТИМ или нет? Какой ТИМ она собирается контролировать, если:
▫️по факту ГГЭ работает не с ИМ, а с XML (ЛСР, ВОР и т.п.);
▫️геометрия и IFC ей не нужны;
▫️«чертилки» экспертизе не интересны, ей нужны машиночитаемые данные.
Вся «поддержка отечественного ПО» на практике свелась к одной идее: «Вы, вендоры, поддерживайте наш XML, а мы как-нибудь проконтролируем, обеспечив минимизацию трудовых затрат на экспертную проверку». Как на это согласились разработчики — большой вопрос. Очевидно, что при таком раскладе их никак не поддержат. Вопрос на засыпку: САПР вообще XML выгружает?
В дорожной карте упорно используется ИМ, а не ЦИМ.
При этом вопрос с закреплением ЦИМ в статье 1 ГрК РФ до сих пор не решён. Напомним: ЦИМ — это не «самостоятельная сущность», а часть ИМ ОКС с акцентом на 3D-геометрию.
Не хотелось бы снова начинать «битву за термины», но когда путают базовые вещи, дальше всё едет.
ИМ вместо ЦИМ — более широкое, размытое понятие. Замена терминов снимает жёсткую привязку к 3D, оставляя пространство для манёвра. То есть, можно говорить о цифровизации, не погружаясь в неудобные детали настоящих моделей.
п.14 — разгадка: цель —
Ключевое слово — «форматам». Всё упирается в формат обмена. Не в качество модели, не в её полезность для стройки, а в то, в каком файле она приедет.
Ну и верно отмечает Сергей Должников, рабочая группа полна ответственных исполнителей, представителей разработчиков и консорциумов. Но где в ней конечные пользователи? Получается, что софт будут делать и контролировать те, кто на нём не работает. Загадочная «Рабочая подгруппа по переходу строительной отрасли на использование российского ПО». Кто это? Нас там точно нет, хотя предложения в эту дорожную карту мы направляли ещё в мае–июне и много раз публично о них писали.
Будет много совещаний, отчётов, докладов в Правительство, возможно, даже законов. Но пока Главгосэкспертиза не начнёт реально работать с информационными моделями (а не просто коллекционировать IFC-файлы как картинки и выжимать из пользователей XML для статистики), все эти усилия — мыльный пузырь.
Разработчиков отечественных САПР поставили в странное положение: их будущее зависит от ведомства, чьи ключевые процессы заточены под совершенно другие технологии. Это не дорожная карта к успеху. Это инструкция по круговому движению, где все едут, но никто никуда не приезжает.
Пока консорциумы работают, а рабочие группы заседают, мы будем и дальше слышать о миллионах XML-файлов и тысячах IFC-«картинок». И спрашивать вместе с Советом Федерации: а зачем? И ждать того единственного стимула, которого в плане нет: реальной ценности, которую этот цифровой аттракцион должен создавать для отрасли. Продолжая наблюдать перпендикулярные курсы:
▫️экспертиза — в своём XML-поле,
▫️вендоры — в своих моделях,
▫️отрасль — между ними.
А дорожная карта… она ни плохая, ни хорошая. Она просто есть.
Прочитали несколько раз Дорожную карту и комментарии коллег. Спойлер: ни провала, ни прорыва. Обычный документ, подписанный с опозданием в 3-4 месяца, который ничем не удивил.
Возникает один-единственный, но очень ёмкий вопрос: «И что?».
Да, документ подписан вице-премьером. Да, он полон важных слов: «механизмы контроля», «обязательность использования», «проверка лицензий». Есть даже поэтичный пункт об «общественно-просветительской работе по популяризации перехода» (март 2026, не пропустите). Но вся эта грандиозная конструкция напоминает попытку построить небоскрёб, заложив фундамент... в облаках.
Всё становится на свои места, если прочитать дорожную карту не как план, а как ребус. Ключ к нему — п.3, где Главгосэкспертиза России назначается ответственной за разработку механизмов контроля использования российского ПО. Тут хочется вежливо, но настойчиво уточнить: Главгосэкспертиза у нас в ТИМ или нет? Какой ТИМ она собирается контролировать, если:
▫️по факту ГГЭ работает не с ИМ, а с XML (ЛСР, ВОР и т.п.);
▫️геометрия и IFC ей не нужны;
▫️«чертилки» экспертизе не интересны, ей нужны машиночитаемые данные.
Вся «поддержка отечественного ПО» на практике свелась к одной идее: «Вы, вендоры, поддерживайте наш XML, а мы как-нибудь проконтролируем, обеспечив минимизацию трудовых затрат на экспертную проверку». Как на это согласились разработчики — большой вопрос. Очевидно, что при таком раскладе их никак не поддержат. Вопрос на засыпку: САПР вообще XML выгружает?
В дорожной карте упорно используется ИМ, а не ЦИМ.
При этом вопрос с закреплением ЦИМ в статье 1 ГрК РФ до сих пор не решён. Напомним: ЦИМ — это не «самостоятельная сущность», а часть ИМ ОКС с акцентом на 3D-геометрию.
Не хотелось бы снова начинать «битву за термины», но когда путают базовые вещи, дальше всё едет.
ИМ вместо ЦИМ — более широкое, размытое понятие. Замена терминов снимает жёсткую привязку к 3D, оставляя пространство для манёвра. То есть, можно говорить о цифровизации, не погружаясь в неудобные детали настоящих моделей.
п.14 — разгадка: цель —
Выявление потребности актуализации нормативно-правовой базы, в том числе в части установления требований к форматам...
Ключевое слово — «форматам». Всё упирается в формат обмена. Не в качество модели, не в её полезность для стройки, а в то, в каком файле она приедет.
Ну и верно отмечает Сергей Должников, рабочая группа полна ответственных исполнителей, представителей разработчиков и консорциумов. Но где в ней конечные пользователи? Получается, что софт будут делать и контролировать те, кто на нём не работает. Загадочная «Рабочая подгруппа по переходу строительной отрасли на использование российского ПО». Кто это? Нас там точно нет, хотя предложения в эту дорожную карту мы направляли ещё в мае–июне и много раз публично о них писали.
Будет много совещаний, отчётов, докладов в Правительство, возможно, даже законов. Но пока Главгосэкспертиза не начнёт реально работать с информационными моделями (а не просто коллекционировать IFC-файлы как картинки и выжимать из пользователей XML для статистики), все эти усилия — мыльный пузырь.
Разработчиков отечественных САПР поставили в странное положение: их будущее зависит от ведомства, чьи ключевые процессы заточены под совершенно другие технологии. Это не дорожная карта к успеху. Это инструкция по круговому движению, где все едут, но никто никуда не приезжает.
Пока консорциумы работают, а рабочие группы заседают, мы будем и дальше слышать о миллионах XML-файлов и тысячах IFC-«картинок». И спрашивать вместе с Советом Федерации: а зачем? И ждать того единственного стимула, которого в плане нет: реальной ценности, которую этот цифровой аттракцион должен создавать для отрасли. Продолжая наблюдать перпендикулярные курсы:
▫️экспертиза — в своём XML-поле,
▫️вендоры — в своих моделях,
▫️отрасль — между ними.
А дорожная карта… она ни плохая, ни хорошая. Она просто есть.