Андрей Пустовгар из НИИ СМиТ МГСУ опубликовал добротную статью про управление стоимостью с учётом жизненного цикла строительных материалов (LCC). Тезисы — правильные и важные:
🔹 материалы на этапе строительства — лишь 20–30% от совокупных затрат за весь срок эксплуатации;
🔹 оставшиеся 70–80% — это содержание и ремонт за 50 лет;
🔹 44-ФЗ в нынешней практике стимулирует закупку самого дешёвого — и мы все знаем, чем это заканчивается (дешёвая кровля, бетон без запаса прочности, однокамерные стеклопакеты);
🔹 мировая практика давно движется к критерию MEAT — Most Economically Advantageous Tender, наиболее экономически выгодное предложение, а не наиболее дешёвое.
Рекомендации — тоже разумные: обязательный LCC-анализ для госпроектов, федеральный реестр сроков службы материалов по климатическим зонам, интеграция с ТИМ, поэтапное внедрение MEAT в госзакупки.
Всё правильно. Подписываемся под каждым словом.
И именно поэтому — один вопрос.
Для LCC-анализа нужно знать:
✔️текущую стоимость материала при закупке;
✔️срок его службы в конкретной климатической зоне;
✔️стоимость периодического обслуживания;
✔️стоимость замены через 15–20–30 лет;
✔️влияние на энергопотребление здания.
ФГИС ЦС сегодня не содержит ни одного из этих параметров — кроме первого. Да и первый заполнен на 2,11% от всего КСР при горизонте полного наполнения в 165 лет по текущему темпу.
Мы ещё не научились собирать цены на цемент и арматуру за текущий квартал — а статья предлагает считать стоимость владения за 50–100 лет.
Это не критика идеи. Это диагноз системы.
Коллеги из Самарского политеха точно сформулировали то, что мы обсуждали на круглом столе Госдумы в июне: более 80% государственных методических документов посвящено регулированию сметной стоимости — то есть одной стадии, проектирования. Стадия обоснования инвестиций (ОБИН), где принимается решение и закладывается предельный объём, поддерживается ровно одним специализированным документом — методикой по НЦС. А связи между предельной стоимостью из ОБИН и сметной стоимостью в проекте — нет нормативно вообще. Они могут расходиться на 30–100% — и это «нормально».
А о стоимости эксплуатационной стадии — 70–80% совокупных затрат — в нормативке не сказано практически ничего.
Государство, по сути, выстраивает систему ценообразования, которая оптимизирует меньшую часть затрат — строительную — и полностью игнорирует большую — эксплуатационную. 44-ФЗ в его нынешней редакции буквально заставляет выбирать дешёвые материалы. Потому что критерий — цена контракта, а не совокупная стоимость владения. Госдума в июне зафиксировала в официальных рекомендациях буквально: «система толкает подрядчика к банкротству». Можно добавить: и заказчика к капитальному ремонту через 10 лет.
Что нужно для выхода из этого круга — технически уже понятно.
ТИМ-модель с параметрами долговечности по каждому конструктивному элементу. КСР с атрибутами срока службы и климатической зоны. ФГИС ЦС с данными не только о закупочной цене, но и о стоимости обслуживания. Реестр фактических сроков службы материалов — не на бумаге, а в машиночитаемом виде.
Всё это — то, о чём мы говорим в контексте ЦВОР и «Сметного паспорта проекта». ТИМ-модель как единый носитель данных на всём жизненном цикле — не на стадии проектирования, а от ОБИН до сноса.
Дело за малым: чтобы в ФГИС ЦС сначала появились цены за текущий квартал хотя бы по половине КСР. А потом — поговорим о 50-летнем горизонте.
Статья хорошая. Рекомендуем. Предложения — правильные. Но начинать надо не с этого.
🔹 материалы на этапе строительства — лишь 20–30% от совокупных затрат за весь срок эксплуатации;
🔹 оставшиеся 70–80% — это содержание и ремонт за 50 лет;
🔹 44-ФЗ в нынешней практике стимулирует закупку самого дешёвого — и мы все знаем, чем это заканчивается (дешёвая кровля, бетон без запаса прочности, однокамерные стеклопакеты);
🔹 мировая практика давно движется к критерию MEAT — Most Economically Advantageous Tender, наиболее экономически выгодное предложение, а не наиболее дешёвое.
Рекомендации — тоже разумные: обязательный LCC-анализ для госпроектов, федеральный реестр сроков службы материалов по климатическим зонам, интеграция с ТИМ, поэтапное внедрение MEAT в госзакупки.
Всё правильно. Подписываемся под каждым словом.
И именно поэтому — один вопрос.
Для LCC-анализа нужно знать:
✔️текущую стоимость материала при закупке;
✔️срок его службы в конкретной климатической зоне;
✔️стоимость периодического обслуживания;
✔️стоимость замены через 15–20–30 лет;
✔️влияние на энергопотребление здания.
ФГИС ЦС сегодня не содержит ни одного из этих параметров — кроме первого. Да и первый заполнен на 2,11% от всего КСР при горизонте полного наполнения в 165 лет по текущему темпу.
Мы ещё не научились собирать цены на цемент и арматуру за текущий квартал — а статья предлагает считать стоимость владения за 50–100 лет.
Это не критика идеи. Это диагноз системы.
Коллеги из Самарского политеха точно сформулировали то, что мы обсуждали на круглом столе Госдумы в июне: более 80% государственных методических документов посвящено регулированию сметной стоимости — то есть одной стадии, проектирования. Стадия обоснования инвестиций (ОБИН), где принимается решение и закладывается предельный объём, поддерживается ровно одним специализированным документом — методикой по НЦС. А связи между предельной стоимостью из ОБИН и сметной стоимостью в проекте — нет нормативно вообще. Они могут расходиться на 30–100% — и это «нормально».
А о стоимости эксплуатационной стадии — 70–80% совокупных затрат — в нормативке не сказано практически ничего.
Государство, по сути, выстраивает систему ценообразования, которая оптимизирует меньшую часть затрат — строительную — и полностью игнорирует большую — эксплуатационную. 44-ФЗ в его нынешней редакции буквально заставляет выбирать дешёвые материалы. Потому что критерий — цена контракта, а не совокупная стоимость владения. Госдума в июне зафиксировала в официальных рекомендациях буквально: «система толкает подрядчика к банкротству». Можно добавить: и заказчика к капитальному ремонту через 10 лет.
Что нужно для выхода из этого круга — технически уже понятно.
ТИМ-модель с параметрами долговечности по каждому конструктивному элементу. КСР с атрибутами срока службы и климатической зоны. ФГИС ЦС с данными не только о закупочной цене, но и о стоимости обслуживания. Реестр фактических сроков службы материалов — не на бумаге, а в машиночитаемом виде.
Всё это — то, о чём мы говорим в контексте ЦВОР и «Сметного паспорта проекта». ТИМ-модель как единый носитель данных на всём жизненном цикле — не на стадии проектирования, а от ОБИН до сноса.
Дело за малым: чтобы в ФГИС ЦС сначала появились цены за текущий квартал хотя бы по половине КСР. А потом — поговорим о 50-летнем горизонте.
Статья хорошая. Рекомендуем. Предложения — правильные. Но начинать надо не с этого.