Пригласить к себе город — беззаботная задачка для того, кто ждет в гости весь мир. Жан-Пьер Стайверс и Хироко Иноуэ впервые увиделись на Международном конкурсе органистов имени Микаэла Таривердиева. Эта встреча не должна была стать последней.
И не стала.
Когда 13 сентября музыканты в который раз оказались за пультами двух органов — то было похоже на соединение с тотемными существами. Собор слушал внимательно. Он отдавал пространство.
Красками — регистровкой — Хироко и Жан-Пьер, поклонники симфоний, занимались четыре ночи. Пригодился весь состав "оркестра" и одна птица, которую доставили специально для Прелюдов Листа. Вы ее слышали — и вам не показалось.
Решительностью музыканты явно похожи на слушателей: 800 билетов за несколько минут могли забрать только самые страстные.
И главная из них — что создает нас — счастливо продолжается. 693.
И не стала.
Когда 13 сентября музыканты в который раз оказались за пультами двух органов — то было похоже на соединение с тотемными существами. Собор слушал внимательно. Он отдавал пространство.
— В Роттердаме мы сейчас строим комплекс. Он соединит сразу четыре инструмента, — говорит Жан-Пьер Стайверс. — Здесь я всегда могу играть то, что пока не исполнить так в Голландии. Даже в музыке Баха (а какой без него праздник?) использую гораздо больше красок.
Красками — регистровкой — Хироко и Жан-Пьер, поклонники симфоний, занимались четыре ночи. Пригодился весь состав "оркестра" и одна птица, которую доставили специально для Прелюдов Листа. Вы ее слышали — и вам не показалось.
— В партитуре это не обозначено, — улыбается Хироко. — Но настолько естественно. Природа. Столько голосов там ощущается. Большинство мы передали регистрами, а со свистулькой даже не репетировали — мысль пришла прямо перед концертом.
Решительностью музыканты явно похожи на слушателей: 800 билетов за несколько минут могли забрать только самые страстные.
— Спасибо за вашу горячность. Мы здесь для красивых историй, — говорит Григорий Хуциев.
И главная из них — что создает нас — счастливо продолжается. 693.