В Перми состоялась стратегическая сессия, посвященная развитию семейного устройства. Мы давно не собирались в столь авторитетном и представительном составе, чтобы обсудить, где по этому направлению трудно и куда двигаться. Вызовов накопилось «с горочкой» и разговор был ко времени. На удивление, по многим вопросам – у экспертного сообщества консенсус.
Сейчас ситуация такова, что разработанные ранее решения в отношении передачи под опеку детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, свой потенциал реализовали. Какие-то стали рутиной, какие-то воплотились только на половину замысла. Это обычная практика. На бумаге картина часто выглядит куда более стройной, чем по факту. Жизнь расставляет по местам.
Что ключевое поменялось за последние годы? Страна определила стратегический вектор - поддержка института семьи, семья поставлена в центр модели социальной политики. За этим выбором сейчас идет пересборка подходов, методологий, технологий, практик, законодательства. Это более чем не простая задача, поскольку семья как полисубъект – еще не осмыслена до конца, ни исследователями, ни специалистами. Еще только предстоит.
Если семья, родная в первую очередь, выходит на первый план, тогда происходит последовательный сдвиг. Например, возрастает роль родственной опеки. Не сказать, что ей ранее не занимались, но и не так, что много внимания. Родственников надо находить, их нужно информировать, вовлекать, делать соучастниками семейной ситуации, обеспечивать подготовкой и сопровождением. При этом возникает целый ряд этических дилемм: как учитывать тонкости семейного уклада, сложности родовых взаимоотношений и исторически сложившиеся обстоятельства.
Далее, встает тема более вероятного, в нынешних реалиях, взаимодействия приемных родителей и родных. Возможности по восстановлению в родительских правах сейчас растут, а значит, все больше будет ситуаций, когда папа или мама, восстановившись после этапа кризиса, смогут воссоединиться с детьми. Всегда это общение было не из легких, человеческие эмоции, чувства – за скобки не вынесешь, но все понимают – надо искать решения, как организовать этот процесс достойно.
Определить порядок, место, время, саму логику. И конечно, будущие приемные родители должны понимать, что события могут разворачиваться и по такому сценарию. Радостно, что все больше примеров конструктивного взаимодействия.
И центральная тема сессии – помощь в семейном устройстве подростков, детей с инвалидностью и сиблингов. По всем прогнозам, в детских учреждениях, с учетом демографической ситуации, будут проживать именно они - те, кто еще относится к так называемой группе «трудноустраиваемых». Есть надежда, что со временем мы откажемся от этой самоограничивающей формулировки, как когда-то отказались от «необучаемых». Но пока так. Даже в официальных документах.
Регионам, кстати, есть чем поделиться. Материальные и нематериальные меры дифференцированной поддержки. Договоры о профессиональной семье. Семейные лагеря, группы взаимопомощи, дополнительные модули в школах приемных родителей. Различные форматы «передышки», психологических консультаций.
Все сходятся – надо менять коммуникацию при поиске и привлечении кандидатов. Плотнее работать с теми, кто имеет релевантный опыт. Преодолевать стереотипы и показывать, как решаются те или иные трудности.
Отдельный фактор – доступность услуг и сервисов для сельской местности и дальних территорий. Мобильные междисциплинарные бригады, курсы для родителей, «экспедиции» специалистов, дистанционные форматы. Пока инфраструктура концентрируется в региональных столицах и районных центрах. Далее – «рассеивается». А это критично, в частности, для семей, воспитывающих детей с инвалидностью.
По итогам сессии – конкретные предложения, которые берем в работу, профессиональные контакты и ощущение большого общего дела. Вместе осилим.
Сейчас ситуация такова, что разработанные ранее решения в отношении передачи под опеку детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, свой потенциал реализовали. Какие-то стали рутиной, какие-то воплотились только на половину замысла. Это обычная практика. На бумаге картина часто выглядит куда более стройной, чем по факту. Жизнь расставляет по местам.
Что ключевое поменялось за последние годы? Страна определила стратегический вектор - поддержка института семьи, семья поставлена в центр модели социальной политики. За этим выбором сейчас идет пересборка подходов, методологий, технологий, практик, законодательства. Это более чем не простая задача, поскольку семья как полисубъект – еще не осмыслена до конца, ни исследователями, ни специалистами. Еще только предстоит.
Если семья, родная в первую очередь, выходит на первый план, тогда происходит последовательный сдвиг. Например, возрастает роль родственной опеки. Не сказать, что ей ранее не занимались, но и не так, что много внимания. Родственников надо находить, их нужно информировать, вовлекать, делать соучастниками семейной ситуации, обеспечивать подготовкой и сопровождением. При этом возникает целый ряд этических дилемм: как учитывать тонкости семейного уклада, сложности родовых взаимоотношений и исторически сложившиеся обстоятельства.
Далее, встает тема более вероятного, в нынешних реалиях, взаимодействия приемных родителей и родных. Возможности по восстановлению в родительских правах сейчас растут, а значит, все больше будет ситуаций, когда папа или мама, восстановившись после этапа кризиса, смогут воссоединиться с детьми. Всегда это общение было не из легких, человеческие эмоции, чувства – за скобки не вынесешь, но все понимают – надо искать решения, как организовать этот процесс достойно.
Определить порядок, место, время, саму логику. И конечно, будущие приемные родители должны понимать, что события могут разворачиваться и по такому сценарию. Радостно, что все больше примеров конструктивного взаимодействия.
И центральная тема сессии – помощь в семейном устройстве подростков, детей с инвалидностью и сиблингов. По всем прогнозам, в детских учреждениях, с учетом демографической ситуации, будут проживать именно они - те, кто еще относится к так называемой группе «трудноустраиваемых». Есть надежда, что со временем мы откажемся от этой самоограничивающей формулировки, как когда-то отказались от «необучаемых». Но пока так. Даже в официальных документах.
Регионам, кстати, есть чем поделиться. Материальные и нематериальные меры дифференцированной поддержки. Договоры о профессиональной семье. Семейные лагеря, группы взаимопомощи, дополнительные модули в школах приемных родителей. Различные форматы «передышки», психологических консультаций.
Все сходятся – надо менять коммуникацию при поиске и привлечении кандидатов. Плотнее работать с теми, кто имеет релевантный опыт. Преодолевать стереотипы и показывать, как решаются те или иные трудности.
Отдельный фактор – доступность услуг и сервисов для сельской местности и дальних территорий. Мобильные междисциплинарные бригады, курсы для родителей, «экспедиции» специалистов, дистанционные форматы. Пока инфраструктура концентрируется в региональных столицах и районных центрах. Далее – «рассеивается». А это критично, в частности, для семей, воспитывающих детей с инвалидностью.
По итогам сессии – конкретные предложения, которые берем в работу, профессиональные контакты и ощущение большого общего дела. Вместе осилим.