Тайна её души #зарисовка
7/?
С того дня прошла ещё одна мучительная неделя. Девушки изо всех сил пытались найти того, на кого можно было бы перекинуть этого демона. Ну как… искала в основном Йеджи. А Рюджин…
Рю лишь делала вид, что всё в порядке, хотя прекрасно понимала: если этот человек так и не найдётся, то ей придётся пожертвовать собой, лишь бы спасти старшую. Шин впервые в своей жизни полюбила — искренне, чисто, до дрожи в пальцах. И теперь даже мысль отдать жизнь казалась ей не такой страшной, как перспектива потерять Йеджи во тьме навсегда.
Ко всему добавился ещё один важный момент — переезд. Пока они обе работали над проблемой Йеджи, старшая на время переехала в дом Рюджин. Так было надёжнее. Эту идею подкинула сама младшая: ей хотелось быть с Йеджи каждую секунду, видеть это милое, почти родное личико по утрам у себя на кухне. Но главное — если вдруг Джи станет плохо, Шин всегда сможет быть рядом и помочь. Хотя, к счастью, таких случаев пока не происходило.
Очередное утро. Рюджин спокойно стоит у плиты, стараясь приготовить завтрак вкусным и питательным. Она знала: Йеджи нужны только позитивные эмоции, что-то тёплое и уютное. Аккуратно выливая тесто на сковородку, Рю переворачивала блинчик за блинчиком, и вот уже целая стопка оказалась на тарелке.
Темноволосая проснулась чуть раньше и, уловив сладкий запах, сонно прошла на кухню. На ней была длинная футболка и широкие шорты, что придавали её виду ещё больше нежности и какой-то уязвимости. Подойдя ближе и заглянув через плечо, Йеджи хитро улыбнулась:
— Ты решила сделать завтрак сладеньким? Мне нравится. — Она уселась на стул и поправила упавшую прядь.
— Доброе утро, Йеджи. Да, думаю подать с вареньем или со сгущёнкой. Что выберешь? — мягко спросила Рюджин.
— Как тут выбирать? И то, и другое. — На её лице появилась та самая улыбка, от которой у Шин всегда теплеет в груди.
— Хорошо-хорошо, всё будет. Подожди пару минут.
И действительно, спустя несколько минут на столе уже стояла тарелка с блинчиками и две мисочки — с вареньем и со сгущёнкой.
— Приятного аппетита, — сказала Рю, садясь рядом.
— А ты что, кушать не будешь? — удивилась Йеджи, заметив только одну тарелку.
— Я пока готовила, уже наелась, — хмыкнула Шин.
Их тихий утренний разговор резко прервал звонок. Телефон зазвенел на подоконнике. Рюджин нахмурилась и подошла.
— Алло, что-то случилось? — спросила она, услышав в трубке голос тёти.
— Рюджин… прости меня. Я ошиблась. Красная луна уже сегодня ночью. Если мы не успеем — Йеджи придёт конец.
Голос был достаточно громким, чтобы Йеджи услышала эти слова. Они вонзились в сердце ледяными иглами.
— Хорошо, тётя. Я поняла, — глухо произнесла Рю и медленно опустила телефон. Она знала: этот день рано или поздно наступит. Но ведь она столько ещё не сказала Джи…
И тут, обернувшись от окна, Шин заметила: Йеджи стоит, сжимая в руке нож.
— Ты решила избавиться от меня? — из уст старшей вырвался чужой, искажённый голос. Мрачная улыбка расплывалась по её лицу, пока она шагала к Рю.
Взмах. Лезвие царапнуло руку младшей, оставив на коже алую полоску. Капли крови скатились вниз, обжигая.
Рюджин, не теряя времени, выбила нож и повалила старшую на пол, удерживая её из последних сил. Прижимая лицо Йеджи к ладоням, она почти кричала:
— Йеджи, тише! Ты слышишь меня? Это я, прошу, борись! Ради меня не сдавайся!Мы справимся вместе! Он уже слабее, я знаю! Джи, прошу… Я люблю тебя! — горячие слёзы покатились по её щекам и упали на холодную кожу старшей.
Тело Йеджи ослабло, глаза начали закрываться… Но через несколько минут дыхание выровнялось, и она пришла в себя. Увидев заплаканную Рю, Хван медленно подняла руку и смахнула слезу с её щеки.
— Не плачь, Рю. Тебе это не идёт, — тихо произнесла она, слабо улыбнувшись.
— Я так испугалась… Я думала, потеряю тебя, — всхлипнула Шин, снова дрожа.
— Всё хорошо. Слышишь? Мы справимся. Вместе. Ты ведь сама так говорила. — Йеджи улыбнулась чуть увереннее, словно напоминая, что слышала каждое её слово.
7/?
С того дня прошла ещё одна мучительная неделя. Девушки изо всех сил пытались найти того, на кого можно было бы перекинуть этого демона. Ну как… искала в основном Йеджи. А Рюджин…
Рю лишь делала вид, что всё в порядке, хотя прекрасно понимала: если этот человек так и не найдётся, то ей придётся пожертвовать собой, лишь бы спасти старшую. Шин впервые в своей жизни полюбила — искренне, чисто, до дрожи в пальцах. И теперь даже мысль отдать жизнь казалась ей не такой страшной, как перспектива потерять Йеджи во тьме навсегда.
Ко всему добавился ещё один важный момент — переезд. Пока они обе работали над проблемой Йеджи, старшая на время переехала в дом Рюджин. Так было надёжнее. Эту идею подкинула сама младшая: ей хотелось быть с Йеджи каждую секунду, видеть это милое, почти родное личико по утрам у себя на кухне. Но главное — если вдруг Джи станет плохо, Шин всегда сможет быть рядом и помочь. Хотя, к счастью, таких случаев пока не происходило.
Очередное утро. Рюджин спокойно стоит у плиты, стараясь приготовить завтрак вкусным и питательным. Она знала: Йеджи нужны только позитивные эмоции, что-то тёплое и уютное. Аккуратно выливая тесто на сковородку, Рю переворачивала блинчик за блинчиком, и вот уже целая стопка оказалась на тарелке.
Темноволосая проснулась чуть раньше и, уловив сладкий запах, сонно прошла на кухню. На ней была длинная футболка и широкие шорты, что придавали её виду ещё больше нежности и какой-то уязвимости. Подойдя ближе и заглянув через плечо, Йеджи хитро улыбнулась:
— Ты решила сделать завтрак сладеньким? Мне нравится. — Она уселась на стул и поправила упавшую прядь.
— Доброе утро, Йеджи. Да, думаю подать с вареньем или со сгущёнкой. Что выберешь? — мягко спросила Рюджин.
— Как тут выбирать? И то, и другое. — На её лице появилась та самая улыбка, от которой у Шин всегда теплеет в груди.
— Хорошо-хорошо, всё будет. Подожди пару минут.
И действительно, спустя несколько минут на столе уже стояла тарелка с блинчиками и две мисочки — с вареньем и со сгущёнкой.
— Приятного аппетита, — сказала Рю, садясь рядом.
— А ты что, кушать не будешь? — удивилась Йеджи, заметив только одну тарелку.
— Я пока готовила, уже наелась, — хмыкнула Шин.
Их тихий утренний разговор резко прервал звонок. Телефон зазвенел на подоконнике. Рюджин нахмурилась и подошла.
— Алло, что-то случилось? — спросила она, услышав в трубке голос тёти.
— Рюджин… прости меня. Я ошиблась. Красная луна уже сегодня ночью. Если мы не успеем — Йеджи придёт конец.
Голос был достаточно громким, чтобы Йеджи услышала эти слова. Они вонзились в сердце ледяными иглами.
— Хорошо, тётя. Я поняла, — глухо произнесла Рю и медленно опустила телефон. Она знала: этот день рано или поздно наступит. Но ведь она столько ещё не сказала Джи…
И тут, обернувшись от окна, Шин заметила: Йеджи стоит, сжимая в руке нож.
— Ты решила избавиться от меня? — из уст старшей вырвался чужой, искажённый голос. Мрачная улыбка расплывалась по её лицу, пока она шагала к Рю.
Взмах. Лезвие царапнуло руку младшей, оставив на коже алую полоску. Капли крови скатились вниз, обжигая.
Рюджин, не теряя времени, выбила нож и повалила старшую на пол, удерживая её из последних сил. Прижимая лицо Йеджи к ладоням, она почти кричала:
— Йеджи, тише! Ты слышишь меня? Это я, прошу, борись! Ради меня не сдавайся!Мы справимся вместе! Он уже слабее, я знаю! Джи, прошу… Я люблю тебя! — горячие слёзы покатились по её щекам и упали на холодную кожу старшей.
Тело Йеджи ослабло, глаза начали закрываться… Но через несколько минут дыхание выровнялось, и она пришла в себя. Увидев заплаканную Рю, Хван медленно подняла руку и смахнула слезу с её щеки.
— Не плачь, Рю. Тебе это не идёт, — тихо произнесла она, слабо улыбнувшись.
— Я так испугалась… Я думала, потеряю тебя, — всхлипнула Шин, снова дрожа.
— Всё хорошо. Слышишь? Мы справимся. Вместе. Ты ведь сама так говорила. — Йеджи улыбнулась чуть увереннее, словно напоминая, что слышала каждое её слово.