Как немецкие социал-демократы протесты сливали
28 января 1918 г. рабочие Берлина присоединились к общегерманской антивоенной забастовке.
Со стратегической точки зрения Германия проиграла Великую войну уже осенью 1914 г. после провала наступления на Париж и неудавшегося окружения французской армии. Ресурсы Центрального блока и держав Антанты были несопоставимы, и время работало на противников Рейха. Из года в год продовольственное положение в тылу из-за английской морской блокады всё ухудшалось и ухудшалось. Зима 1916/17 гг. вошла в историю как «брюквенная» – по названию основного блюда широких народных масс. Зима 1917/18 гг. была не лучше.
О «Гражданском мире», провозглашённом в начале войны, в таких условиях можно было забыть. В июне 1916 и в апреле 1917 гг. по стране уже прокатились забастовки. Левые радикалы из коммунистического «Союза Спартака» и Независимой социал-демократической партии начали активно работать с уставшим от войны рабочим классом, стараясь расширить его требования от социально-экономических к политическим.
Новые забастовки начались 25 января 1918 г. в Киле – на севере Германии, и за несколько дней распространились на всю страну. Большое влияние на рабочих оказали Октябрьская революция в России, а также волна забастовок, захлестнувших в то же время Австро-Венгрию. Всего по всей Германии работу остановили до 1 млн. человек, из них до 400 тыс. – в одном Берлине. Помимо стандартных требований «Мира и хлеба!» забастовщики впервые потребовали политических реформ: парламентаризации и включения рабочих представителей в правительство. В качестве звоночка надвигающейся революции начали формироваться Советы рабочих депутатов.
Примечательно поведение лидеров Социал-демократической партии, остававшейся, несмотря на расколы, главным представителем рабочего класса в стране. Партия на протяжении всей войны оставалась лояльной государственному режиму. Январская забастовка стала суровым испытанием для партийных лидеров. С одной стороны они не могли пойти против режима, с которым сотрудничали все эти годы, с другой – не могли разочаровать рабочих, большинство из которых продолжало им доверять. В итоге они таки вошли в руководство забастовкой, но сделали всё, чтобы её «слить».
Когда в крупнейших городах было введено осадное положение, демонстрации начали разгонять, а лидеров протеста – арестовывать и отправлять в действующую армию, социал-демократы призвали рабочих разойтись, и те послушно сделали это. В первых числах февраля забастовка закончилась.
Второй Рейх ещё худо-бедно дотянул до осени 1918 г., но в ноябре всё-таки грянула революция. Причём разворачивалась она почти также, как и в январе: началась в Киле, оттуда распространилась на всю страну, повсюду образовались Советы, активизировались левые радикалы, а социал-демократы, наоборот, снова пытались потушить пожар. Единственным отличием было лишь то, что власть к тому моменту уже была дезориентирована и парализована надвигавшимся военным поражением, а потому сдалась почти без боя.
28 января 1918 г. рабочие Берлина присоединились к общегерманской антивоенной забастовке.
Со стратегической точки зрения Германия проиграла Великую войну уже осенью 1914 г. после провала наступления на Париж и неудавшегося окружения французской армии. Ресурсы Центрального блока и держав Антанты были несопоставимы, и время работало на противников Рейха. Из года в год продовольственное положение в тылу из-за английской морской блокады всё ухудшалось и ухудшалось. Зима 1916/17 гг. вошла в историю как «брюквенная» – по названию основного блюда широких народных масс. Зима 1917/18 гг. была не лучше.
О «Гражданском мире», провозглашённом в начале войны, в таких условиях можно было забыть. В июне 1916 и в апреле 1917 гг. по стране уже прокатились забастовки. Левые радикалы из коммунистического «Союза Спартака» и Независимой социал-демократической партии начали активно работать с уставшим от войны рабочим классом, стараясь расширить его требования от социально-экономических к политическим.
Новые забастовки начались 25 января 1918 г. в Киле – на севере Германии, и за несколько дней распространились на всю страну. Большое влияние на рабочих оказали Октябрьская революция в России, а также волна забастовок, захлестнувших в то же время Австро-Венгрию. Всего по всей Германии работу остановили до 1 млн. человек, из них до 400 тыс. – в одном Берлине. Помимо стандартных требований «Мира и хлеба!» забастовщики впервые потребовали политических реформ: парламентаризации и включения рабочих представителей в правительство. В качестве звоночка надвигающейся революции начали формироваться Советы рабочих депутатов.
Примечательно поведение лидеров Социал-демократической партии, остававшейся, несмотря на расколы, главным представителем рабочего класса в стране. Партия на протяжении всей войны оставалась лояльной государственному режиму. Январская забастовка стала суровым испытанием для партийных лидеров. С одной стороны они не могли пойти против режима, с которым сотрудничали все эти годы, с другой – не могли разочаровать рабочих, большинство из которых продолжало им доверять. В итоге они таки вошли в руководство забастовкой, но сделали всё, чтобы её «слить».
Когда в крупнейших городах было введено осадное положение, демонстрации начали разгонять, а лидеров протеста – арестовывать и отправлять в действующую армию, социал-демократы призвали рабочих разойтись, и те послушно сделали это. В первых числах февраля забастовка закончилась.
Второй Рейх ещё худо-бедно дотянул до осени 1918 г., но в ноябре всё-таки грянула революция. Причём разворачивалась она почти также, как и в январе: началась в Киле, оттуда распространилась на всю страну, повсюду образовались Советы, активизировались левые радикалы, а социал-демократы, наоборот, снова пытались потушить пожар. Единственным отличием было лишь то, что власть к тому моменту уже была дезориентирована и парализована надвигавшимся военным поражением, а потому сдалась почти без боя.