Напишу про Горбачёва.
Здесь не будет цельного поста. Скорее набор случайных тезисов. «Перестройка» – это самый малоизвестный (и длительное время – самый малоинтересный) для меня период отечественной истории XX в. Сложилось субъективное мнение, что не для меня одного – о последних шести годах Советского Союза в исторических тусовках говорят как-то редко (могу ошибаться). Хотя, казалось бы, дело было каких-то 35 лет назад, значительная часть сограждан – непосредственные свидетели. Хотя, может быть, именно поэтому «Перестройку» пока и не рассматривают как полноценную «историю».
1. Неоднократно жёвано-пережёвано, но всё равно не удержусь. Есть какая-то ирония, что поколение последних советских правителей – это первые «полностью советские люди», целиком сформированные при СССР (Брежнев, Андропов, Черненко – родились при царе, а вошли в сознательную жизнь в НЭПовские двадцатые, Горбачёв и Ельцин – погодки, родились в 1931 г.). Первое же «полностью советское поколение» элит и грохнуло Союз.
2. С какой точки зрения ни посмотри – политической, экономической, культурной, СССР к 1985 г. был глубоко больным государством и обществом. Все проклятия в адрес Горбачёва по поводу «развала лучшей страны в мире» можно смело переадресовывать Брежневу и его «стабильно-застойной» эпохе. Горбачёв – не более чем пожарник, чей мандат на верховную власть изначально подразумевал «надо что-то срочно делать, так дальше жить нельзя».
3. Изначально Горбачёв не планировал радикальной политической трансформации, думая ограничиться исключительно экономическим «ускорением». Катастрофа на ЧАЭС, кстати, стала невольным следствием этого, так как тот злосчастный эксперимент как раз был осуществлён в общественной атмосфере, мол «надо по максимуму выжать из производственных мощностей, и тогда заживём хорошо». Лишь в 1987 г., когда стало ясно, что без изменений в общественно-политической сфере никакого «ускорения» не произойдёт, начались реальные «перестройка» и «гласность».
4. Свобода слова, свободные выборы, право на выезд, частный бизнес – это всё достижения Горбачёва, которые с какого-то рожна приписывают Ельцину – авторитарному диктатору, который едва ли не с 1992 г. начал ползучий номенклатурный реванш в РФ. Именно Ельцин как сепаратистский глава РСФСР был главным драйвером распада СССР, тогда как Горбачёв – президент этого самого Союза, пытался его сохранить.
5. Трагедия распада СССР не только в «утрате державности и территорий», а ещё в том, что на момент 1989/91 гг. это было единое пространство с зашкаливающим уровнем низового гражданского участия (со всеми его плюсами и минусами). Напротив, в 15 постсоветских осколках началась, где ползучая, а где вполне открытая автократизация режимов и апатизация гражданского общества. В этом смысле «демократичность» горбачёвского СССР остаётся недостижимой планкой для РФ, как в «ельцинском», так и в «модернизированном ельцинском» (называемом ещё «путинским») изводах.
6. «Рохлей» и «тюфяком» Горбачёв не был. Никто из советских и российских вождей после Сталина не использовал армию для подавления гражданских беспорядков так часто, как это делал Горбачёв, чья власть, несмотря на всю демократичность, реально стояла в том числе и на штыках и сапёрных лопатках.
7. У Горбачёва был миг «советского Пиночета», когда в первой половине 1991 г. он разругался с прежней «перестроечной» командой и переориентировался на «советских консерваторов» (лавировать между противоборствующими лагерями – вполне распространённая и эффективная политическая стратегия). Но что-то не задалось и с «консерваторами». В итоге новая «консервативная» горбачёвская команда, буквально собранная под грядущий персоналистский переворот, на свой страх и риск организовала ГКЧП по сути в обход своего патрона. Получилось, что в моменте у Горбачёва не оказалось опоры (и с «демократами», и с «консерваторами» уже рассорился), и именно в этот момент Ельцин нанёс ему смертельный политический удар, разгромив «консерваторов» и консолидировав вокруг себя «демократов». Получилось, что Горбачёв переиграл сам себя.
Здесь не будет цельного поста. Скорее набор случайных тезисов. «Перестройка» – это самый малоизвестный (и длительное время – самый малоинтересный) для меня период отечественной истории XX в. Сложилось субъективное мнение, что не для меня одного – о последних шести годах Советского Союза в исторических тусовках говорят как-то редко (могу ошибаться). Хотя, казалось бы, дело было каких-то 35 лет назад, значительная часть сограждан – непосредственные свидетели. Хотя, может быть, именно поэтому «Перестройку» пока и не рассматривают как полноценную «историю».
1. Неоднократно жёвано-пережёвано, но всё равно не удержусь. Есть какая-то ирония, что поколение последних советских правителей – это первые «полностью советские люди», целиком сформированные при СССР (Брежнев, Андропов, Черненко – родились при царе, а вошли в сознательную жизнь в НЭПовские двадцатые, Горбачёв и Ельцин – погодки, родились в 1931 г.). Первое же «полностью советское поколение» элит и грохнуло Союз.
2. С какой точки зрения ни посмотри – политической, экономической, культурной, СССР к 1985 г. был глубоко больным государством и обществом. Все проклятия в адрес Горбачёва по поводу «развала лучшей страны в мире» можно смело переадресовывать Брежневу и его «стабильно-застойной» эпохе. Горбачёв – не более чем пожарник, чей мандат на верховную власть изначально подразумевал «надо что-то срочно делать, так дальше жить нельзя».
3. Изначально Горбачёв не планировал радикальной политической трансформации, думая ограничиться исключительно экономическим «ускорением». Катастрофа на ЧАЭС, кстати, стала невольным следствием этого, так как тот злосчастный эксперимент как раз был осуществлён в общественной атмосфере, мол «надо по максимуму выжать из производственных мощностей, и тогда заживём хорошо». Лишь в 1987 г., когда стало ясно, что без изменений в общественно-политической сфере никакого «ускорения» не произойдёт, начались реальные «перестройка» и «гласность».
4. Свобода слова, свободные выборы, право на выезд, частный бизнес – это всё достижения Горбачёва, которые с какого-то рожна приписывают Ельцину – авторитарному диктатору, который едва ли не с 1992 г. начал ползучий номенклатурный реванш в РФ. Именно Ельцин как сепаратистский глава РСФСР был главным драйвером распада СССР, тогда как Горбачёв – президент этого самого Союза, пытался его сохранить.
5. Трагедия распада СССР не только в «утрате державности и территорий», а ещё в том, что на момент 1989/91 гг. это было единое пространство с зашкаливающим уровнем низового гражданского участия (со всеми его плюсами и минусами). Напротив, в 15 постсоветских осколках началась, где ползучая, а где вполне открытая автократизация режимов и апатизация гражданского общества. В этом смысле «демократичность» горбачёвского СССР остаётся недостижимой планкой для РФ, как в «ельцинском», так и в «модернизированном ельцинском» (называемом ещё «путинским») изводах.
6. «Рохлей» и «тюфяком» Горбачёв не был. Никто из советских и российских вождей после Сталина не использовал армию для подавления гражданских беспорядков так часто, как это делал Горбачёв, чья власть, несмотря на всю демократичность, реально стояла в том числе и на штыках и сапёрных лопатках.
7. У Горбачёва был миг «советского Пиночета», когда в первой половине 1991 г. он разругался с прежней «перестроечной» командой и переориентировался на «советских консерваторов» (лавировать между противоборствующими лагерями – вполне распространённая и эффективная политическая стратегия). Но что-то не задалось и с «консерваторами». В итоге новая «консервативная» горбачёвская команда, буквально собранная под грядущий персоналистский переворот, на свой страх и риск организовала ГКЧП по сути в обход своего патрона. Получилось, что в моменте у Горбачёва не оказалось опоры (и с «демократами», и с «консерваторами» уже рассорился), и именно в этот момент Ельцин нанёс ему смертельный политический удар, разгромив «консерваторов» и консолидировав вокруг себя «демократов». Получилось, что Горбачёв переиграл сам себя.