Когда я работала уборщицей собора это было чисто эпатажное коленце
Это не было покорной долей трудника
Нет все таки за деньги
За тот самый МРОТ что частично шёл мне на ПАВ
Но опыт один из самых благоприятных в моей жизни в любом случае
Место удивительной красоты где я провела часть детства
Где расписывал стены художник Валера тогдашний наш квартирант
Он считал что выводит лики святых не кистью
А собственным вывихнутым позвоночником
Утро начиналось с литургии и ты хочешь не хочешь ощущаешь себя иначе
Разливала прихожанам причастие следила за жадным поглощением просфоры
Иногда хотелось как ударить по ручонке зачастившей у стола гы
К слову там я не молилась не крестилась
Слушала пиздячку всякую мыла пол на перерыве курила чаппи в тени дуба читала постмодернистов в крестильной комнате ощущая себя героиней Лимонова
Такой же злой свободной и намеренно опустившейся в самой сердцевине благолепия
А инфернального всё не появлялось
Всё что я хотела получить от ПАВ пришло ко мне в лишениях каторжном труде и верности
Это не было покорной долей трудника
Нет все таки за деньги
За тот самый МРОТ что частично шёл мне на ПАВ
Но опыт один из самых благоприятных в моей жизни в любом случае
Место удивительной красоты где я провела часть детства
Где расписывал стены художник Валера тогдашний наш квартирант
Он считал что выводит лики святых не кистью
А собственным вывихнутым позвоночником
Утро начиналось с литургии и ты хочешь не хочешь ощущаешь себя иначе
Разливала прихожанам причастие следила за жадным поглощением просфоры
Иногда хотелось как ударить по ручонке зачастившей у стола гы
К слову там я не молилась не крестилась
Слушала пиздячку всякую мыла пол на перерыве курила чаппи в тени дуба читала постмодернистов в крестильной комнате ощущая себя героиней Лимонова
Такой же злой свободной и намеренно опустившейся в самой сердцевине благолепия
А инфернального всё не появлялось
Всё что я хотела получить от ПАВ пришло ко мне в лишениях каторжном труде и верности