А серьезно, почему опус может делать жестб пафосные научные открытия или писать сверхоптимизированный олимпиадный код для решения алгоритмических задач, но не может догадаться использовать .venv окружение, лежащее прямо в папке с проектом и вместо этого засирает системный pip (ls -a в папке он точно делал и видел этот .venv)? Или в другие разы он не мог прикинуть, запустится ли на карте с известным количеством памяти модель с известным количеством параметров в fp32 и все ронял, не понимая в чем дело, пока я не посмотрела в исходники и не постучала ему по голове. А один раз так вообще по неведомой причине решил обрезать до 8000 символов (именно символов, а не токенов!) тексты, которые подавались для классификации другим моделям (хотя было легко увидеть, что они в десять раз длиннее и полезный сигнал по смыслу находился где-то посередине). При этом он никогда в своей писанине и отчетах явно не упоминал эту обрезку, пока я сама её не обнаружила, пытаясь понять, почему результаты такие странные.

И вот как тут заранее угадать, что для него очевидно, а во что надо пальцем тыкать как ребенка малого?