ХРАНИТЬ НЕЛЬЗЯ РАССКАЗЫВАТЬ.
Где будем ставить запятую, если речь идёт о врачебной тайне?
Надо ли ее хранить, если дело касается не только больного, но и других людей? Является ли разглашение тайны преступлением?
Короче, сегодня у нас не просто историческая байка, а моральный ребус с любовью, беспорядочными половыми связями, приданым и врачом, которому очень не повезло оказаться третьим лишним в чужой семейной драме.
Меня сильно зацепила эта история, принесла ее вам, хочу обсудить.
Часть 1.
Много лет назад, наш доктор был проездом во Франции, где в это же время пресса и общественность бурлили из за громкого и скандального дела семьи Жервэ.
Молодой коммивояжёр, месье Жервэ, был счастлив по двум причинам. Во-первых, шеф перевел его на более высокую должность заведующего отделом заказов с окладом в 550 франков. Во-вторых, он обручился с Люси. Которую он просто обожал. А приданое в 50 000 франков придавало влюблённому еще больше пылкости чувств’с.
После обручения ему предстояла последняя служебная поездка. Он купил билет в купе 1-го класса и отправился в путь.
На одной из станций к нему подсела молодая и хорошенькая француженка которая ехала к своему жениху.
Ну что сказать.
Исчезнуть навсегда - это она, конечно здорово придумала.
Только вот от «дружбы организмов» последствия остались. Через три недели, еще в пути, он заметил у себя в одном дружелюбном месте крошечный прыщик.
Кто нибудь, когда нибудь мог удержаться и не расковырять? Вот и он не смог. Содрал, после чего получилась ранка круглой формы, которую наш герой любовник намазал йодом и забыл.
Через несколько недель, по возвращении домой он обнаружил что на месте невинного прыщика образовалась вполне себе загноившаяся язва. Поэтому
Доктор Николя, к которому обратился мосье Жервэ, окончательно испортил ему аппетит диагнозом «сифилис».
Тут то месье и охуел был сильно обескуражен и крайне раздасадован.
Через два месяца свадьба.
Люси, невинная, наивная, любимая.
Радости супружеской жизни.
Приданое опять же.
А тут сурплиз от французской железной дороги.
Дальше между больным и доктором происходит следующий диалог:
— Доктор, ну может быть как нибудь можно это вылечить за два месяца?
— Голубчик, ебстись надо меньше, эта болезнь очень коварная! Она требует долгих лет лечения. 5 лет минимум!
И забудьте про личную жизнь пока не пройдёте 8-10 курсов лечения!!
— Но это невозможно, доктор! Возьмите все мои деньги, только сделайте меня здоровым! Если же не можете, тогда дайте мне яду! Убейте меня! Всё равно жизнь моя кончена!
Ничего не ответил доктор, только сделал укол ртути в правое полупопие месье и отправил его домой.
И вот здесь, дорогие мои, начинается самое интересное. Доктор Николя хорошо знал семью Люси. И теперь перед доктором встал вопрос: имеет ли он право молчать?
Ведь тайна жениха могла очень быстро стать проблемой невесты. Которая ни сном ни духом.
Давайте обсудим?
Где будем ставить запятую, если речь идёт о врачебной тайне?
Надо ли ее хранить, если дело касается не только больного, но и других людей? Является ли разглашение тайны преступлением?
Короче, сегодня у нас не просто историческая байка, а моральный ребус с любовью, беспорядочными половыми связями, приданым и врачом, которому очень не повезло оказаться третьим лишним в чужой семейной драме.
Меня сильно зацепила эта история, принесла ее вам, хочу обсудить.
Часть 1.
Много лет назад, наш доктор был проездом во Франции, где в это же время пресса и общественность бурлили из за громкого и скандального дела семьи Жервэ.
Молодой коммивояжёр, месье Жервэ, был счастлив по двум причинам. Во-первых, шеф перевел его на более высокую должность заведующего отделом заказов с окладом в 550 франков. Во-вторых, он обручился с Люси. Которую он просто обожал. А приданое в 50 000 франков придавало влюблённому еще больше пылкости чувств’с.
После обручения ему предстояла последняя служебная поездка. Он купил билет в купе 1-го класса и отправился в путь.
На одной из станций к нему подсела молодая и хорошенькая француженка которая ехала к своему жениху.
«Французы, какъ извьстно, народь, крайне разговорчивый. Черезь пять минуть пассажиры знакомы. Черезь десять минуть они уже почти друзья.
Мосье Жервэ быль далекь оть мысли преждевременно
изменить своей Люси. Однако его спутница показала себя болье сильной чем онь. Она прекрасно сумела совместить положеніе невьсты сь потребностями лобительницы альковных приключеній.
Какъ это произошло, мосье Жервэ почти не помниль. Во всякомь случае, жальть о подобныхь сюрпризахъ не принято. И когда рано утромь он провожаль взглядомь граціозную фигуру своей спутницы, радостная ухмылка не сходiла с его лица. Сходя со ступенекь вагона, спутница послала ему прощальный приветь. И исчезла навсегда».
Ну что сказать.
Исчезнуть навсегда - это она, конечно здорово придумала.
Только вот от «дружбы организмов» последствия остались. Через три недели, еще в пути, он заметил у себя в одном дружелюбном месте крошечный прыщик.
Кто нибудь, когда нибудь мог удержаться и не расковырять? Вот и он не смог. Содрал, после чего получилась ранка круглой формы, которую наш герой любовник намазал йодом и забыл.
Через несколько недель, по возвращении домой он обнаружил что на месте невинного прыщика образовалась вполне себе загноившаяся язва. Поэтому
«Утромь онь выпиль кофе безь особаго удовольствія».
Доктор Николя, к которому обратился мосье Жервэ, окончательно испортил ему аппетит диагнозом «сифилис».
Тут то месье и охуел был сильно обескуражен и крайне раздасадован.
Через два месяца свадьба.
Люси, невинная, наивная, любимая.
Радости супружеской жизни.
Приданое опять же.
А тут сурплиз от французской железной дороги.
Дальше между больным и доктором происходит следующий диалог:
— Доктор, ну может быть как нибудь можно это вылечить за два месяца?
— Голубчик, ебстись надо меньше, эта болезнь очень коварная! Она требует долгих лет лечения. 5 лет минимум!
«Если же вы будете относиться къ леченію халатно, вамь будуть угрожать инвалидность, параличь, психическiя болезни, разложенiе».
И забудьте про личную жизнь пока не пройдёте 8-10 курсов лечения!!
— Но это невозможно, доктор! Возьмите все мои деньги, только сделайте меня здоровым! Если же не можете, тогда дайте мне яду! Убейте меня! Всё равно жизнь моя кончена!
Ничего не ответил доктор, только сделал укол ртути в правое полупопие месье и отправил его домой.
И вот здесь, дорогие мои, начинается самое интересное. Доктор Николя хорошо знал семью Люси. И теперь перед доктором встал вопрос: имеет ли он право молчать?
Ведь тайна жениха могла очень быстро стать проблемой невесты. Которая ни сном ни духом.
Давайте обсудим?