Что забыли Фидель Кастро и Уго Чавес в Москве?

Сегодня в Москве Владимир Путин и президент Кубы открывают памятник Фиделю Кастро.

Причём установлен он не абы где, а на площади Фиделя Кастро — да, оказывается в Москве такая есть! Более того, неподалёку есть ещё и улица Уго Чавеса. Что площадь, что улица получили свои нынешние названия вскоре после смертей кубинского команданте и президента Венесуэлы соответственно.

Если мы откроем статью 9 закона «О наименовании территориальных единиц, улиц и станций метрополитена города Москвы», то прочтём следующее: «присвоение имён, фамилий известных жителей города Москвы, граждан Российской Федерации и иностранных граждан может производиться только новым улицам и по истечении 10 лет со дня смерти указанных лиц, за исключением случаев, когда такое присвоение рекомендовано Президентом Российской Федерации и (или) Мэром Москвы». То есть, в обычном порядке как минимум нельзя называть улицы в честь кого-то сразу после его смерти. Но латиноамериканские друзья наших властей получают привилегию оказаться на карте Москвы вне очереди. Интересно, а мнение местных жителей вообще спрашивали?

Обратим внимание на контекст. Если памятник Кастро открывают во время продолжающегося визита президента Кубы Мигеля Диас-Канеля в Москву, то в честь Чавеса улицу переименовали в 2013 году накануне визита в Россию нового президента Венесуэлы Мадуро. Он даже поучаствовал в открытии таблички на этой улице.

Инициатором переименования улицы в честь Чавеса выступил Игорь Сечин во время визита в Венесуэлу, где он принимал участие в траурных мероприятиях по случаю кончины президента. Этот «настоящий друг и товарищ Уго Чавеса» потом летал ещё и на годовщину его смерти. Изначально назвать улицу именем венесуэльского диктатора планировали не в Москве, а в Волгограде. Как цитирует «Коммерасантъ» одного из венесуэльских чиновников: «Сталин был кумиром Уго Чавеса, и мы очень рады, что именно в Сталинграде появится улица в честь нашего команданте».

Если это проявление «мягкой силы», то не совсем понятно, кто в этом случае на кого влияет. Да, мы уже писали о том, что можно сотрудничать и с социалистическими государствами на взаимовыгодной основе, с теми же Вьетнамом и Китаем. В Венесуэле, очевидно, у нас есть интересы в нефтяной сфере. Но должны же быть какие-то рамки. Улицы нашей столицы — это не частная собственность чиновников и должностных лиц. Дипломатические жесты это одно, и совсем другое перенимать у соцстран крайне спорные культы личности, ставя их вождям памятники, пусть они были хоть трижды их личные друзья. Что дальше — памятник Мао во Владивостоке, чтобы порадовать товарища Си?

Ну и самое главное. Буквально напротив памятника Кастро располагается парковый комплекс, на месте которого с 1915 года находилось Братское кладбище для солдат, погибших в ходе Первой мировой войны. Кроме них здесь были похоронены юнкера, защищавшие Кремль от большевиков. Во время красного террора коммунисты проводили здесь массовые расстрелы, а к 1925-му году кладбище было закрыто для захоронений, а потом ликвидировано. С 80-х годов активисты боролись за его восстановление, только в 2004 году там поставили приличный мемориал. Вдумайтесь: революционер, коммунист и марксист-ленинист Фидель Кастро стоит в Москве и свысока смотрит на могилы жертв большевиков, которые в своё время закатали в асфальт. Худшего места для установки этого памятника мы бы и сами придумать не смогли.