ЭЙДОС, ИДЕЯ, ФОРМА
На прошлом занятии встал очень непростой вопрос, об употреблении слов и терминов в философии. В частности вопрос о том, что у Аристотеля употребляется слово “эйдос” (гр. εἶδος ) как у Платона, там где переводится как “форма” (по гречески звучит как “морфе”, гр. μορφή). Как быть?
Для начало философское “Но”: но, слово и смысл - две разные вещи. Язык многозначен, одно и тоже слово употребляется в разных смыслах. И сам Платон относится к эйдосу уже не так как до него, а Аристотель относится к эйдосу уже не так как Платон.
Итак, что такое эйдос?
Для начала поищем у Гомера. Эйдос - наружность, по сути внешний вид человека. Но то поэзия. А что у философов? Досократики: эйдос - облик или образ, то есть тот же самый внешний вид, но уже относящийся не только к человеку, но и к вещам. Эйдос - облик вещей.
А как у Платона? Да ровно наоборот! Эйдос - вид. Но для Платона, это никак не внешнее, а напротив, сама суть. Эйдос в отличии от наружности нельзя увидеть глазами, его можно постичь только умозрительно. Эйдос - это идея, говорит Платон (и представьте себе идея (гр. ἰδέα) — это тоже достославно внешний вид, внешность, наружность! Филологический кошмар!). Но Платон в идеи и эйдосы вкладывает значения сути вещей, того что можно познать умом, а не увидеть глазами лишь (глаза составляют только мнения, но не знают сути). От того идеи и эйдосы Платона кажутся такими “идеальными”, совершенно отвлеченными от нашего материального мира, и живущими где-то там в ”мире идей”. Определим: у Платона эйдос - суть вещи, видимая только умом.
Ну как же эйдос у Аристотеля. А у него эйдос - это форма. Аристотель гениален тем, что не отделяет суть от материи, от внешнего облика, он говорит о форме как о том, что состоит в нераздельном единстве с материей. Форма или эйдос - то, что определяют совершенно неопределенную материю. Материя без формы - ни что, не пощупать, не увидеть. Поэтому она всегда оформлена. У Аристотеля форма или эйдос - это и суть, и внешний вид, и определенность, и все что угодно что делает вещь такой, какая она есть.
Увы, у древних греков еще нет категориального аппарата - строгих научных значений употребляемых терминов, потому приходится пробираться через значения слов и смыслы. Потому в философии не стоит придираться к словам, придирайтесь к смыслам!
На прошлом занятии встал очень непростой вопрос, об употреблении слов и терминов в философии. В частности вопрос о том, что у Аристотеля употребляется слово “эйдос” (гр. εἶδος ) как у Платона, там где переводится как “форма” (по гречески звучит как “морфе”, гр. μορφή). Как быть?
Для начало философское “Но”: но, слово и смысл - две разные вещи. Язык многозначен, одно и тоже слово употребляется в разных смыслах. И сам Платон относится к эйдосу уже не так как до него, а Аристотель относится к эйдосу уже не так как Платон.
Итак, что такое эйдос?
Для начала поищем у Гомера. Эйдос - наружность, по сути внешний вид человека. Но то поэзия. А что у философов? Досократики: эйдос - облик или образ, то есть тот же самый внешний вид, но уже относящийся не только к человеку, но и к вещам. Эйдос - облик вещей.
А как у Платона? Да ровно наоборот! Эйдос - вид. Но для Платона, это никак не внешнее, а напротив, сама суть. Эйдос в отличии от наружности нельзя увидеть глазами, его можно постичь только умозрительно. Эйдос - это идея, говорит Платон (и представьте себе идея (гр. ἰδέα) — это тоже достославно внешний вид, внешность, наружность! Филологический кошмар!). Но Платон в идеи и эйдосы вкладывает значения сути вещей, того что можно познать умом, а не увидеть глазами лишь (глаза составляют только мнения, но не знают сути). От того идеи и эйдосы Платона кажутся такими “идеальными”, совершенно отвлеченными от нашего материального мира, и живущими где-то там в ”мире идей”. Определим: у Платона эйдос - суть вещи, видимая только умом.
Ну как же эйдос у Аристотеля. А у него эйдос - это форма. Аристотель гениален тем, что не отделяет суть от материи, от внешнего облика, он говорит о форме как о том, что состоит в нераздельном единстве с материей. Форма или эйдос - то, что определяют совершенно неопределенную материю. Материя без формы - ни что, не пощупать, не увидеть. Поэтому она всегда оформлена. У Аристотеля форма или эйдос - это и суть, и внешний вид, и определенность, и все что угодно что делает вещь такой, какая она есть.
Увы, у древних греков еще нет категориального аппарата - строгих научных значений употребляемых терминов, потому приходится пробираться через значения слов и смыслы. Потому в философии не стоит придираться к словам, придирайтесь к смыслам!