Тихая обитель ☦️

Критский собор спустя 10 лет: два взгляда на его наследие

В эти дни во Франции проходит международная научная конференция, посвященная десятилетию Собора Православной Церкви, прошедшего на Крите 19–26 июня 2016 года. Открывая конференцию 5 октября, Вселенский патриарх Варфоломей традиционно дал высокую оценку Критскому собору. Его выступление одновременно показывает, насколько различными остаются оценки этого события в православном мире.

По словам Вселенского патриарха, решение четырех Поместных Церквей (Антиохийской, Русской, Болгарской и Грузинской) не участвовать в соборе было принято на основании «внецерковных критериев» и объявлено в последний момент. Патриарх назвал это решение болезненным: «Оно вызвало большую скорбь, испытало функционирование соборности в Православии, однако нисколько не затронуло ее соборную идентичность».

Критский собор патр. Варфоломей назвал «определяющим моментом для Церкви», а его решения, «ценнейшим наследием» для мирового Православия. По его мнению, следующим этапом должна стать рецепция решений Собора: их изучение, перевод, внедрение в богословское образование и практическое применение.

Патр. Варфоломей также выступил против попыток поставить под сомнение каноничность решений 2016 года. По его словам, появление «самоназначенных судей», оспаривающих православность и каноничность Собора, лишь «смущает и разделяет народ Божий».

Для Константинополя, таким образом, главный вопрос спустя десять лет заключается уже не в том, был ли Критский собор легитимным, а в том, как его решения должны быть восприняты и реализованы всей Православной Церковью.

Совершенно другой акцент был сделан сербским епископом (ныне - митрополитом) Иринеем Буловичем в выступлении на конференции «Православие в мире: первенство и соборность в свете православного вероучения».

Для сербского иерарха главная проблема Критского собора заключается не столько в самом факте его проведения, сколько в том, какие принципиальные вопросы он оставил нерешенными.

В центре его критики находится вопрос автокефалии. По словам митрополита: «Тема единства Церкви и соборности обязательно включает и тему автокефалии. … Даже скажу, что это была единственная тема, которая была нужна на Всеправославном соборе».

По мнению сербского иерарха, именно проблема автокефалии должна была стать одним из центральных предметов общецерковного обсуждения. Он критически оценил длительный подготовительный процесс к Критскому собору и исключение вопроса об автокефалии из его окончательной повестки.

Особенно важно, что выступление митр. Иринея было произнесено уже после предоставления Константинопольским патриархатом томоса об автокефалии ПЦУ. Сербский архиерей прямо связал отсутствие общеправославного решения по вопросу автокефалии с последующим религиозным кризисом на Украине и в мировом Православии. По его мнению, если бы Критский собор выработал общецерковный механизм предоставления автокефалии, это «могло бы предотвратить трагические события, которые последовали».

Ириней также резко критиковал действия Константинополя в украинском вопросе, рассматривая их как проявление чрезмерного понимания полномочий Вселенского патриархата и называя соответствующую экклезиологическую модель «новой теорией нео-папизма».

Таким образом, через десять лет после Крита существуют как минимум два принципиально различных способа оценивать его наследие.

Для Константинополя Критский собор - это состоявшееся и значимое проявление всеправославной соборности. Его неполный состав был серьезной проблемой, но не лишил Собор его церковного значения. Главная задача сегодня заключается в рецепции и применении его решений на уровне всех Поместных Церквей.

Для критически настроенных к собору иерархов, сам факт его проведения не решает вопроса о его эффективности. Главным недостатком видится отсутствие четырех Поместных церквей и согласованного решения по автокефалии, связанным с ней вопросам первенства и соборности, а также ответственность Константинополя за сложившуюся кризисную ситуацию в мировом Православии.