Наконец-то хоть кто-то в высших финансовых властях начал прозревать. По словам замминистра финансов А. Моисеева, в России нужно больше банков, чем было до пандемии. «Концентрация создает риски», — сказал он, аргументируя, почему лучше иметь больше небольших банков, чем несколько крупных.

Все это резко контрастирует с заявлениями и, самое главное, политикой Банка России, проводимой в последние годы. По данным на 1 сентября этого года, в стране осталось всего 329 банков, при этом концентрация активов — зашкаливающая. Так на первые 5 банков на 1 февраля (когда ЦБ в последний раз публиковал эту информацию) приходилось 64,5% активов банковской системы, а на первые 20 банков — 87,3% активов. И это еще при том, что одновременно около 70% активов приходится на долю государства.

В этой связи не должно удивлять, почему наша банковская система так подвержена санкционным рискам — достаточно ввести ограничения лишь против нескольких финансовых институтов, и проблемы встают в полный рост. А ведь на 1 апреля 2014 года, когда санкционная история уже началась, в России было банков почти в 3 раза больше (900), а концентрация активов пусть и была высокой, но все же существенно меньше — на первые 5 банков приходилось 53,7% активов, а на первые 20 — 72,5%.

Так что эти слова от замминистра финансов — признание, что ЦБ своей политикой все это время усиливал риски для нашей банковской системы, сколько бы нам про финансовую стабильность ни рассказывал.