Валдайская речь Путина имела целью закрепить образ мирового лидера консерватизма – это не первое программное заявление президента, претендующего на роль мирового идеолога, транслирующего консервативные ценности и альтернативную западной модель будущего. Однако речь президента, совпавшая по времени с введением новых коронавирусных ограничений в России, имела и ярко выраженного внутреннего адресата. В валдайской речи, критикующей неолиберальные западные ценности и декларирующей приверженность президента идеологии «умеренного консерватизма», читалось явное желание успокоить консерваторов-патриотов и вернуть ускользающее доверие традиционного большинства – главной опоры власти. Кремль на фоне новых коронавирусных маневров, диктуемых ВОЗ, очевидно, сильно беспокоит резкое падение рейтинга власти, раскол ядра лоялистов-консерваторов и возможная перспектива дестабилизация ситуации, и эти опасения нашли отражение в недвусмысленных посылах о недопустимости революции.
Словесными интервенциями с реверансами в адрес консерваторов Кремль попытался успокоить пропутинское большинство. Однако проплыть между Сциллой исполнения международных коронавирусных договоренностей и Харибдой неминуемого народного недовольства не удалось. Телевизор на фоне пустых холодильников уже не так эффективен, а голодных людей одними словами не накормишь. Традиционалисты, прежде абсолютно лояльные власти, на этот раз неоднозначно отреагировали на речь президента, утверждающую независимость от Запада и особый путь для России, и отметили, что правильные слова президента с критикой западного курса совершенно не коррелируют с реально-проводимой политикой правительства, которое отдало часть своего суверенитета ВОЗ и движется в фарватере навязываемых из-за рубежа глобалистких трендов – ускоренной цифровизации, дегуманизации, введения электронных паспортов здоровья и принудительной вакцинации с дискриминацией непривитых. Поэтому сравнивать Валдайскую речь с Мюнхенской, как того предлагают госпропагандисты, по меньшей мере преждевременно - Мюнхен не Валдай. После Мюнхенской речи началась реальная отстройка от Запада и курс на наращивание суверенитета, после Валдайской - пока ничего подобного, и все чаще приходится констатировать, что движение происходит в обратном направлении.
Как бы то ни было, очевидно, что очередной виток коронавирусного давления на общество с насильной экспансией QR-кодизации и внедрением новых элементов цифрового концлагеря рискуют отвернуть от власти традиционалистов, и это становится крайне опасным вызовом для власти, источником легитимности которой являлось именно консервативное пропутинское большинство. Недовольство консервативного большинства это тревожный сигнал, который Кремль не может игнорировать, но решать проблему только телевизором и словесными интервенциями по меньшей мере самонадеянно - нужны холодильник и действия, способные вернуть доверие.
Словесными интервенциями с реверансами в адрес консерваторов Кремль попытался успокоить пропутинское большинство. Однако проплыть между Сциллой исполнения международных коронавирусных договоренностей и Харибдой неминуемого народного недовольства не удалось. Телевизор на фоне пустых холодильников уже не так эффективен, а голодных людей одними словами не накормишь. Традиционалисты, прежде абсолютно лояльные власти, на этот раз неоднозначно отреагировали на речь президента, утверждающую независимость от Запада и особый путь для России, и отметили, что правильные слова президента с критикой западного курса совершенно не коррелируют с реально-проводимой политикой правительства, которое отдало часть своего суверенитета ВОЗ и движется в фарватере навязываемых из-за рубежа глобалистких трендов – ускоренной цифровизации, дегуманизации, введения электронных паспортов здоровья и принудительной вакцинации с дискриминацией непривитых. Поэтому сравнивать Валдайскую речь с Мюнхенской, как того предлагают госпропагандисты, по меньшей мере преждевременно - Мюнхен не Валдай. После Мюнхенской речи началась реальная отстройка от Запада и курс на наращивание суверенитета, после Валдайской - пока ничего подобного, и все чаще приходится констатировать, что движение происходит в обратном направлении.
Как бы то ни было, очевидно, что очередной виток коронавирусного давления на общество с насильной экспансией QR-кодизации и внедрением новых элементов цифрового концлагеря рискуют отвернуть от власти традиционалистов, и это становится крайне опасным вызовом для власти, источником легитимности которой являлось именно консервативное пропутинское большинство. Недовольство консервативного большинства это тревожный сигнал, который Кремль не может игнорировать, но решать проблему только телевизором и словесными интервенциями по меньшей мере самонадеянно - нужны холодильник и действия, способные вернуть доверие.