Кремль меняет слишком мягкого проводника «мягкой силы» в Беларуси посла РФ Евгения Лукьянова на жесткого Бориса Грызлова. Грызлов – личный доверенный президента, член команды Патрушева и один из наиболее влиятельных членов партии Совбеза.
Сегодня кандидатура политического тяжеловеса с ярко-выраженным силовым бэк-граундом одобрена комитетом по СНГ Госдумы, и вскоре поступит на подпись президенту – ожидается, что Грызлов заступит на пост уже в этом году. Очередной кремлевский вираж на белорусском треке связан с необходимостью форсировать интеграционные процессы на фоне резко усиленных угроз на западном фронте Союзного государства – провокаций на границе Беларусью, расширением НАТО на восток, размещением наступательных вооружений в Прибалтике и Восточной Европе, а также планируемой Западом очередной попытки госпереворота в Беларуси.
Поступают сигналы, что в преддверии конституционного референдума в Беларуси, назначенного на февраль, резко активизировались протестные группы влияния, и хоть основные центры и лидеры оппозиции были зачищены белорусскими силовиками, угрозы организации массовых протестных акций и оранжевой революции остаются всё ещё реальными – США планируют использовать в Беларуси новые адаптивные технологии децентрализованного сетевого протеста и мобилизации. Так получилось, что «Олень» в этом году побывал в Беларуси на представительском уровне, и смог воочию убедиться в наличие угроз и рисков повторения украинского сценария, и вместе с этим – в исторической неизбежности интеграции России и Беларуси на фоне общих вызовов и угроз.
Назначение силовика Грызлова это не только и не столько сигнал Лукашенко и белорусским элитам в попытке Кремля ускорить интеграцию, как это сейчас пытаются представить критики Лукашенко, а прямой ответ США и НАТО на их агрессивную политику и военные угрозы – Кремль демонстрирует готовность жестко отвечать на возможные провокации в зоне прямых интересов России. Москва очерчивает «красные линии» по границам Союзного государства, и сигнализирует Вашингтону, что готова принять вызов, и перейти от «мягкой силы» к «жесткой». Жёсткие заявления Путина на коллеги Минобороны накануне совершенно неслучайно совпали с назначением в Беларусь Грызлова.
Кто-то тут спешил сравнивать Грызлова с Бабичем, намекая на схожесть силового бэкграунда и возможность повторения негативного опыта, однако это некорректно, поскольку сейчас коренным образом меняется структура управления – президент фактически берет личное кураторство над ключевым направлением и будет управлять «белорусским проектом» в ручном режиме. Белорусское направление приобретает особое значение для общей безопасности и полностью уходит от АП под Совбез и лично президента.
Сегодня кандидатура политического тяжеловеса с ярко-выраженным силовым бэк-граундом одобрена комитетом по СНГ Госдумы, и вскоре поступит на подпись президенту – ожидается, что Грызлов заступит на пост уже в этом году. Очередной кремлевский вираж на белорусском треке связан с необходимостью форсировать интеграционные процессы на фоне резко усиленных угроз на западном фронте Союзного государства – провокаций на границе Беларусью, расширением НАТО на восток, размещением наступательных вооружений в Прибалтике и Восточной Европе, а также планируемой Западом очередной попытки госпереворота в Беларуси.
Поступают сигналы, что в преддверии конституционного референдума в Беларуси, назначенного на февраль, резко активизировались протестные группы влияния, и хоть основные центры и лидеры оппозиции были зачищены белорусскими силовиками, угрозы организации массовых протестных акций и оранжевой революции остаются всё ещё реальными – США планируют использовать в Беларуси новые адаптивные технологии децентрализованного сетевого протеста и мобилизации. Так получилось, что «Олень» в этом году побывал в Беларуси на представительском уровне, и смог воочию убедиться в наличие угроз и рисков повторения украинского сценария, и вместе с этим – в исторической неизбежности интеграции России и Беларуси на фоне общих вызовов и угроз.
Назначение силовика Грызлова это не только и не столько сигнал Лукашенко и белорусским элитам в попытке Кремля ускорить интеграцию, как это сейчас пытаются представить критики Лукашенко, а прямой ответ США и НАТО на их агрессивную политику и военные угрозы – Кремль демонстрирует готовность жестко отвечать на возможные провокации в зоне прямых интересов России. Москва очерчивает «красные линии» по границам Союзного государства, и сигнализирует Вашингтону, что готова принять вызов, и перейти от «мягкой силы» к «жесткой». Жёсткие заявления Путина на коллеги Минобороны накануне совершенно неслучайно совпали с назначением в Беларусь Грызлова.
Кто-то тут спешил сравнивать Грызлова с Бабичем, намекая на схожесть силового бэкграунда и возможность повторения негативного опыта, однако это некорректно, поскольку сейчас коренным образом меняется структура управления – президент фактически берет личное кураторство над ключевым направлением и будет управлять «белорусским проектом» в ручном режиме. Белорусское направление приобретает особое значение для общей безопасности и полностью уходит от АП под Совбез и лично президента.