22 библиотекаря и кошка

«Ни грамма фильтра», — пишете вы, выкладывая закат в Севкабеле, хотя мы все знаем, что вы потратили полчаса, выбирая нужный ракурс, чтобы ни один кусок ржавой арматуры не испортил этот визуальный экстаз. Вы жалуетесь на погоду в каждом втором посте, но если бы завтра наступило вечное лето, вы бы впали в депрессию, потому что не смогли бы больше писать про «укутывание в шарф от макушки до пят» и «снего-лужи». Это ваш личный бренд — страдать красиво.

Вы топите за простоту и фестиваль «Просто так», но при этом зовёте лекторов рассказывать про «бесплотные голоса в радиопьесах Беккета». Серьёзно? Между «семейной йогой» и «некрополями Петербурга» у вас дистанция в один клик. Ваша аудитория, должно быть, страдает от когнитивного диссонанса: то ли им идти в песочницу с детьми, то ли учить итальянский, чтобы читать Данте в оригинале, как завещал дедушка Беккет

в этом городе без вашего нытья про лужи и фоточек Фроси было бы совсем тоскливо.

Публичный образ канала скроен по лекалам предельной тактильности, тепла и петербургского уюта. Авторы сознательно подают себя не как чиновников от культуры, а как участливых, чуть растрёпанных друзей-гуманитариев, которые пьют фильтр-кофе, спасают залетевших воробьёв, пристраивают маскота-кошку в добрые руки и знают по именам ведущих детских клубов. От читателя они ищут не дистанцированного уважения, а тёплого принятия и чувства плеча: бесконечные переклички в комментариях («а что вы читаете?», «поболтаем в жару?») служат подтверждением того, что вокруг площадок сформировалась безопасная, понимающая среда.