Вита Нова • Издательство

В ночь с 23 на 24 августа 1572 года, накануне дня святого Варфоломея, в Париже зазвонили колокола Сен-Жерменской церкви.
Это был сигнал к началу жестокой расправы католиков над протестантами.
Это кровавое событие получило название «Варфоломеевской ночи».
Впоследствии выражение «Варфоломеевская ночь» стало крылатым, означающим неожиданный массовый разгром, заранее спланированный жестоким противником.

Александр Дюма (1802 – 1870) — французский классик, один из самых известных авторов авантюрно-приключенческих романов в мировой литературе, подробно описывает эти события в своей книге «Королева Марго», открывающей знаменитую трилогию об эпохе религиозных войн во Франции. В этот цикл входят также романы «Графиня де Монсоро» и «Сорок пять».
Книга обнажает всю жизнь французского королевского двора с ее заговорами, тайнами и интригами.
Молодой король Наварры Генрих — лидер протестантов и заклятый враг королевы Екатерины Медичи.
Однако в политических целях она выдает за него замуж свою дочь, принцессу Маргариту, свадьбу которой омрачили эти жуткие события.
Генрих вынужден срочно принять католичество — лишь это спасает его от кровавой расправы.
В то же время Марго, с её независимым и свободолюбивым характером, вступает в противостояние со своей коварной и властной матерью Екатериной, изощренный ум и чрезмерная подозрительность которой привела к аресту и казни близких людей Маргариты.


Александр Дюма
«КОРОЛЕВА МАРГО» (в 2 томах)

• Перевод с французского:
Е. Ф. Корш
• Иллюстрации:
Фред-Моне

#ВитаНоваДомМоссельпрома

• Новинка •

В нашем петербургском магазине уже ждёт вас, а в следующий четверг появится и в московском магазине новое издание сборника Яна Барщевского (1792 или 1793–1851) «Шляхтич Завальня» — главной книги классика белорусской литературы. Мы уже рассказывали о работе редакции над этой книгой — и вот наконец её можно прочитать в нашем издании в переводе Дмитрия Виноходова с иллюстрациями Валерия Слаука!

Читать эту книгу можно по-разному:

Как сказочный мистический роман
Ян Барщевский «обошёл всю Беларусь», записывая народные предания и поверья; он не только записал их как фольклорист, но переработал, дополнил и переосмыслил как художник — и создал фантастическое повествование про волколаков и русалок, про огненных духов, жабер-траву и волшебный посох… Сказочный роман, в котором языческие легенды сцеплены с христианскими образами: по белорусским болотам бродит чернокнижник Гугон (воплощение дьявола), а призрак прекрасной женщины в белых одеждах (плачки) оказывается Богородицей.

Как исторический роман
Из мозаики сказок складывается картина жизни страны: на страницах книги читатель встретится с крепостными крестьянами и городскими купцами, униатскими попами и монахами-иезуитами, нищими и чиновниками, бродячими цыганами и евреями-корчмарями.

Эта книга — одновременно и роман о социальной и культурной катастрофе, о гибели старого шляхетского мира. Многие белорусские шляхтичи участвовали в Отечественной войне на стороне французов или в восстании 1830–1831 годов, а после разгрома Наполеона и польских повстанцев были вынуждены оставить родные дома. Многие персонажи книги навеяны воспоминаниями о друзьях писателя, которые находились в ссылке или в эмиграции, либо скрывались под чужими именами.

Об историческом контексте книги — например, высылке иезуитов из России, закрытии Виленского университета как «рассадника вольнодумства», о переводе белорусского делопроизводства с польского на русский язык и о многом другом — вы прочтёте в интереснейших и обстоятельнейших комментариях и статье Дмитрия Виноходова.  

«Белорус по происхождению, поляк по образованию, российский подданный, сын униатского священника, перешедший в католичество, выходец из бедной шляхты, с трудом получивший официальное утверждение в российском дворянстве, Барщевский был истинный разночинец — вся его жизнь протекала на границе социальных, конфессиональных и этнических слоёв», — пишет Дмитрий Виноходов. Писал Барщевский по-польски, вставляя в книгу белорусские диалоги, — и, когда в 1844 году «Шляхтич Завальня» вышел в свет в Петербурге, язык оказался преградой для русских читателей. Аудиторией Барщевского стал узкий круг белорусских дворян, говоривших по-польски и с трудом понимавших белорусский («хлопский»). Долгое забвение книги объясняется и цензурными ограничениями: «До революции гоняли за демократизм, после — за мнимую реакционность. А это просто белорусский Гоголь...», — говорил о судьбе книг Барщевского замечательный белорусский писатель и историк Владимир Короткевич (подобно Яну Барщевскому, умело соединявший в своих книгах историю и фольклор).

Теперь в Беларуси стоят памятники писателю, «Шляхтича Завальню» проходят в школах, по этой книге поставлены многочисленные спектакли... Пора и нам в России внимательно прочесть сказочный и исторический, фантастический и реалистический роман Яна Барщевского — в нашем новом издании с фантастическими и реалистическими иллюстрациями Валерия Слаука, с точным историческим комментарием Дмитрия Виноходова в его же великолепном переводе!

Франсуа Вийон
«ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ»

О Франсуа Вийоне, знаменитом французском поэте XV века, Александр Пушкин писал в 1834 году:

«…у французов Вильон воспевал в площадных куплетах кабаки и виселицу и почитался первым народным певцом».

А Владимир Маяковский в 1917 году дополнил:

А знаете,
если не писал,
разбоем
занимался Франсуа Виллон.

Вийон действительно занимался разбоем, и виселица не раз появлялась в его балладах, а в последнем написанном им четверостишии он констатировал:

Я — Франсуа, чему не рад.
Увы, ждёт смерть злодея,
И сколько весит этот зад,
Узнает скоро шея.

(перевод И. Эренбурга)

Когда и как Вийон умер, неизвестно. Известно, что он был дважды приговорён к повешению — за ограбление и поножовщину — и дважды получал отпускные грамоты от Людовика XI. В третий раз, по-видимому, не получил. Вот уже пять с половиной веков человечество зачитывается стихами Франсуа Вийона: поэт обрёл бессмертие — поделившись этим бессмертием с сеньорами и священниками, судейскими чиновниками и палачами, держателями таверн и гулящими девками — всеми теми, кто на свое (и его) счастье или беду встретился Вийону на жизненном пути.

От жажды умираю над ручьём.
Смеюсь сквозь слёзы и тружусь, играя.
Куда бы ни пошёл, везде мой дом,
Чужбина мне — страна моя родная.
Я знаю всё, я ничего не знаю.
Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовёт.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышней я всех господ.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.

(перевод И. Эренбурга)

Так писал Вийон в XV веке, и это внятно человеку любого времени.
 
Несмотря на то, что первый опубликованный русский перевод из Вийона датируется 1900 годом, полное собрание произведений поэта появилось в России лишь почти сто лет спустя.

В наше издание вошли все стихи Франсуа Вийона без исключений. В основном корпусе текстов использованы переводы Юрия Кожевникова и Елены Кассировой (она перевела «Баллады на воровском жаргоне»), в приложении приведены варианты переводов почти всех баллад Вийона, выполненные другими поэтами (В. Брюсов, Н. Гумилёв, И. Эренбург, В. Рождественский и др.).

Приложение дополнено обширной статьей и подробными комментариями известного исследователя творчества Вийона и переводчика Евгения Витковского.

Иллюстрации к стихотворениям созданы специально для этого издания народным художником Грузии Мамиа Малазониа.

Дорогие друзья!

21-23 августа в Екатеринбурге на Октябрьской площади пройдет Международный книжный фестиваль «КРАСНАЯ СТРОКА».

Мы участвуем!

Ищите нас на стендах Г66, 67, 68

Режим работы:
21 августа (пятница) 10:00 — 20:00
22 августа (суббота) 10:00 — 20:00
23 августа (воскресенье) 10:00 — 20:00

С нетерпением ждем встречи с вами!