Одна из самых интересных сессий ВЭФ, на наш взгляд, – «Масштабные инфраструктурные проекты: глаза боятся, а руки делают». Коллеги вели трансляцию, здесь есть и список участников, на сайте ВЭФ-2024 рекомендуем посмотреть саму сессию.

Реализация инфраструктурных проектов – один из основных драйверов социально-экономического развития регионов Дальнего Востока, обладающий мультипликативным эффектом.

Но есть объективные моменты, которые тормозят этот процесс. Здесь мы обращаем особое внимание на выступление экономиста Джорджа Рижинашвили. Кстати, спустя буквально несколько часов, президент в выступлении на пленарном заседании ВЭФ говорил о необходимости решения тех проблем, на которые указал эксперт.

Инфраструктурные проекты должны быть, прежде всего, обеспечены энергетическими мощностями: необходимо удвоить генерирующие мощности в частности на Дальнем Востоке до 2042 года. И это возможно, но

«если ты хочешь привлечь частного инвестора, ты сначала должен обеспечить резерв мощности и после этого уже обеспечить конкуренцию среди частных инвесторов по вложению в инфраструктуру»,

- отметил Рижинашвили. Это, по его мнению, должно работать именно так, а не наоборот.

Но здесь мы упираемся в проблему высокой процентной ставки и финансирования развития все той же энергетики.

Рижинашвили:

Ситуация плохая и очень опасная. Китай использовал модель “процентные ножницы” (для инфраструктуры ставки в среднем не превышают 4-5% годовых). Мы создаем “экономику рантье”. Мы вошли в гиперинфляционный цикл и цикл инфляционных издержек. Увеличение ставки привело к тому, что на уровне среднего и малого предпринимательства создается “экономика рантье”. В итоге это приведет к тому, что финансировать придется с нуля через 2-3 года.
Если есть частный инвестор, который хочет вложить 20% собственного капитала и 80% привлечь, начинает считать, на сколько надо увеличить стоимость конечной продукции, чтобы хотя бы купить процентную ставку, то понимает, что нужно отказаться от проекта и положить 20% на депозит и стать рантье вместо того, чтобы быть активным инвестором.

Эксперт предложил и решение этой проблемы (правда, очень непопулярное с точки зрения ЦБ):

Сделать разрыв процентных ставок, финансировать инфраструктуру с расчетной предельной ставкой не выше 3-4%, с пониманием, что добавленная стоимость, которая создаётся на горизонте 5, 10, 15, 20 лет, покроет государству дельту этой ставки, которая была субсидирована. Все институты развития для инфраструктуры используют ставки в среднем не превышающие 4,5-5% годовых. При этом ставки, по которым сегодня привлекаются депозиты, они совершенно другие.

Привел Рижинашвили и позитивные примеры решения проблемы финансирования инфраструктурных проектов: один - это «Фабрика проектов финансирования» в нижегородской области - «маленькое узкое окошко, которое позволяет инфраструктуре дышать. Но его недостаточно». И второй - опыт Китая, где

«все банки являются банками инфраструктурного развития. Они получают специальный лимит в виде вложения в собственный капитал банков от государства для вложения инфраструктуры».

И еще один момент из выступления Джорджа Рижинашвили, на который мы хотим обратить ваше внимание – планирование:

Должен появиться ВостокГосплан. С расчётом 50-70 крупных инфраструктурных проектов год к году, с конкурсом среди частных инвесторов, которые будут софинансировать вместе с государством ключевые проекты. С индексом эффективности и с корректировкой через каждые 5 лет по результатам реализации этих проектов. Тогда это создаст эффект и возможность профинансировать ту инфраструктуру, о которой мы говорим. И нам точно нужно говорить о дальневосточном ГОЭЛРО. Минэнерго первым заговорили о 100-летней программе.

❗️И вместо вывода еще одна цитат из выступления Рижинашвили:

Нам действительно нужно иметь цикл планирования и официальные государственные документы, утверждаемые на уровне Госсовета и президента, определяющие чёткую ответственность субъектов и бизнеса в рамках вложения в инфраструктуру. Без этого мы не сможем идти дальше.

@DaVosDV