В Новосибирске пьяные мобилизованные в форме и с бутылками водки устроили 23 декабря лайт-погром в салоне сотовой связи. Впрочем, обошлось без жертв, и полицейские даже заставили протрезвевших буянов извиниться.
А вот в Воронежской области не обошлось без жертв - в ночь с 23 на 24 декабря двое мобилизованных отправились распивать алкоголь в кафе «Людмила» в селе Подгоренском, устроили драку с местными и бросили в них гранату «Ф-1».
На буйства пьяных мобилизованных уже жаловались и в Твери, и в Белгородской области. Но это, как я отмечал на примере мобилизации 1914 года, абсолютно ожидаемо (хотя для идеологов мобилизации из числа чиновников АП и военкоров, возможно, и стало и открытием).
Отрыв от производительной деятельности далеко не самой интеллектуальной мужской части общества – мотивация которой к визиту в военкомат, судя по интервью, колебалась от «А что делать?» до «Не ссыкун, не загасился» - неизбежно должен был привести к пьянству (потому что ничем иным они занять себя не умеют) и эксцессам (потому что после неумеренного распития водки их «тянет на подвиги»).
А вот в Воронежской области не обошлось без жертв - в ночь с 23 на 24 декабря двое мобилизованных отправились распивать алкоголь в кафе «Людмила» в селе Подгоренском, устроили драку с местными и бросили в них гранату «Ф-1».
На буйства пьяных мобилизованных уже жаловались и в Твери, и в Белгородской области. Но это, как я отмечал на примере мобилизации 1914 года, абсолютно ожидаемо (хотя для идеологов мобилизации из числа чиновников АП и военкоров, возможно, и стало и открытием).
Отрыв от производительной деятельности далеко не самой интеллектуальной мужской части общества – мотивация которой к визиту в военкомат, судя по интервью, колебалась от «А что делать?» до «Не ссыкун, не загасился» - неизбежно должен был привести к пьянству (потому что ничем иным они занять себя не умеют) и эксцессам (потому что после неумеренного распития водки их «тянет на подвиги»).