Изменения в Пленум о краже, грабеже, разбоеТекст постановления Пленума опубликован, и пройдёмся по основным пунктам.
Не хочу сказать, что «гора родила мышь», но ожиданий (по слухам) было больше. Там, например, вроде как хотели с квалификацией кражи под прицелом видеокамер разобраться (смотри
обсуждение тут, с 24 минуты), наверное, чем-то ещё интересно-спорным. В итоге – в основном самоочевидные вещи.
🔹Все уже оттоптались на расширении предмета кражи и – обращаю внимание – иного хищения, которое теперь включает:
…иное имущество, включая безналичные денежные средства (в том числе цифровые рубли), бездокументарные ценные бумаги, цифровые права, цифровую валюту.
Мы двигаемся в направлении полного и окончательного отказа от вещного признака предмета хищения, это очевидно. Однако «нематериальный» мир не охватывает только безналичные / цифровые, тут есть ещё много чего – игровое имущество в самых разных проявлениях, те же программы (напоминаю пост
тут). Видимо, пошагово практика будет и на них примерять оболочки форм хищения. Но отсутствие вещности теперь, понятно, не преграда сама по себе к констатации хищения в традиционной форме.
🔹Дополнение пункта 2 разъяснением про обман как средство доступа к имуществу копирует разъяснение Пленума о мошенничестве.
🔹Момент окончания в пункте 6 – всё тоже, дополнение только применительно к безналичным денежным средствам, такое же как в мошенничестве.
🔹Абзац второй пункта 16: заменено одно слово, «преступные» на «противоправные», но смысл кардинально поменялся. Продолжаемое хищение – это в том числе совокупность эпизодов, которые сами по себе непреступны. Например, шесть раз по 1000 рублей с единым умыслом – состав кражи, хотя каждая составляющая – не состав. Это стандартный подход практики применительно к продолжаемым составам, следующий из аналогичного Пленума.
🔹Можно обратить внимание на уточнение понятия хранилище в связи с магазинами:
В частности, при оценке того, являлись ли хранилищем шкафы, витрины, иные сооружения, находящиеся в общественных местах или в помещениях, открытых для посещения гражданами (например, в торговых залах магазинов, офисных помещениях, которые используются для оказания услуг населению, выставочных павильонах), необходимо выяснять, предназначались ли они для постоянного или временного хранения материальных ценностей и был ли ограничен доступ к их содержимому.
Критерий, получается, это наличие замка. Но только если это витрина, а не кейс, в который упакован товар. Второй критерий – исходно это должно быть предназначено именно для хранения, а не случайно оказаться таковым.
🔹«Незаконное проникновение» может быть путем обмана / злоупотребления доверием. В начале 2000-х, в том числе на уровне ВС РФ, практика была противоречивой, сейчас вот предлагается такой подход.
🔹Пожалуй, самое значимое: значительный ущерб гражданину теперь не поглощается крупным / особо крупным размером кражи, а может самостоятельно вменяться наравне с ними. Это очень давний спор в доктрине / практике, но вот теперь возобладала такая точка зрения. Мне она не очень нравится, так как сложно представить себе случай хищения на сумму более 250 тыс. рублей без такого признака (всё-таки такая форма хищения, как кража, в основном затрагивает не столь состоятельные слои населения, чтобы для них потеря 250 тысяч и уж тем более миллиона осталась незамеченной).
🔹Кража «с карточки»: ничего революционного, кроме двух моментов.
Передача доступа к счету под воздействием обмана или злоупотребления доверием сохраняет квалификацию изъятия денежных средств как кражи (это продолжение логики обмана как облегчения доступа к имуществу).
И стандартное квалификационное правило нескольких списаний, охватываемых единым умыслом: продолжаемое преступление (что понятно).
