— «Он приходит не как гость. Он приходит как часть моей темноты» —
Ложусь спать. Сквозняк вычищает мои мысли, заставляя тело ёжиться под одеялом. Но так — правильно. Я надеюсь, что ночь подарит покой, но снова чувствую Его взгляд у себя за спиной. Он прожигает кожу и заставляет дрожать сильнее, чем ледяной ветер.
Ворочаюсь. В конце концов, решаюсь повернуться и встретить этот взгляд — туда, где должны быть глаза, если бы не кромешная тьма и размытые, несуществующие черты. Его молчание пронизывает до костей, и мозг включает сирену паники. Резко отворачиваюсь. Друг ты мне или враг? Пришёл помочь или навредить? Он никогда не отвечает.
Лишь смотрит. Общается морганием настольной лампы, коптением свечи, редкими фразами-призраками и прикосновениями к виску. Давит. Давит. Давит. ДРУГ ТЫ МНЕ ИЛИ ВРАГ?
Выпиваю таблетку. Вскоре Он растворяется, а с ним — и ясность рассудка. Проваливаясь в сон, я снова вижу, как мою плоть рвут на части, как тревоги душат дрожащие нейроны.
Утром я снова буду искать Его — в отражении зеркал, в бегущих тенях, в случайных шорохах и гулком пищании, которое живёт у меня в голове.
Ложусь спать. Сквозняк вычищает мои мысли, заставляя тело ёжиться под одеялом. Но так — правильно. Я надеюсь, что ночь подарит покой, но снова чувствую Его взгляд у себя за спиной. Он прожигает кожу и заставляет дрожать сильнее, чем ледяной ветер.
Ворочаюсь. В конце концов, решаюсь повернуться и встретить этот взгляд — туда, где должны быть глаза, если бы не кромешная тьма и размытые, несуществующие черты. Его молчание пронизывает до костей, и мозг включает сирену паники. Резко отворачиваюсь. Друг ты мне или враг? Пришёл помочь или навредить? Он никогда не отвечает.
Лишь смотрит. Общается морганием настольной лампы, коптением свечи, редкими фразами-призраками и прикосновениями к виску. Давит. Давит. Давит. ДРУГ ТЫ МНЕ ИЛИ ВРАГ?
Выпиваю таблетку. Вскоре Он растворяется, а с ним — и ясность рассудка. Проваливаясь в сон, я снова вижу, как мою плоть рвут на части, как тревоги душат дрожащие нейроны.
Утром я снова буду искать Его — в отражении зеркал, в бегущих тенях, в случайных шорохах и гулком пищании, которое живёт у меня в голове.