🇷🇺✍ Владислав Даванков, посещая города Урала, встречается в основном со студентами и молодёжью. Он ратует за умеренную децентрализацию и апеллирует к классическим либеральным ценностям – свободе экономической и личной.
С 2022-го и тем более 2014-го повзрослели, сформировались как личности и, разумеется, стали избирателями подростки, выросшие в условиях «новой нормальности». Они – главный актив Даванкова и главный его козырь.
По меркам конкурентов 39-летний вице-спикер Думы и сам — вчерашний тинейджер. Однако, несмотря на непродолжительный опыт Даванкова в большой политике, уже многие авансом предрекли ему третье, а то и второе место по итогам мартовских выборов.
Представитель «поколения Pepsi», Даванков подчёркивает: с детства он привык к мобильности, открытым границам и миролюбивым реалиям «конца истории»:
Он почти дословно цитирует абрамовскую «Теорию малых дел», переиначивая на современный лад деполитизированные тезисы о помощи трудящимся и работе в регионах. Неудивительно, ведь программа Даванкова предназначена сугубо для внутреннего потребителя – грядущие выборы политтехнологи называют не борьбой за реальную власть и президентское кресло, а «борьбой за содержательную повестку».
Концепция кандидата от «Новых» контрастирует с суждениями несистемных коллег — например, Бориса Надеждина или Екатерины Дунцовой: так, вероятно, многим молодым людям на самом деле не важен сам факт изменений на Украине или смены внешнеполитического курса. Им нужна не консолидация вокруг конкретной идеи – лоялистской или оппозиционной, – а разрядка, ослабление гаек, отказ от вмешательства в личную жизнь. Политолог Илья Гращенков называет это «нормализацией».
Если в 2021 году «Новые люди» небеспочвенно воспринимались критиками как спойлер, то сейчас их статус объективно меняется – к марту 2024-го Даванков и партия, от которой он выступает, могут оказаться единственной конструктивной оппозиционной силой в стране. Остальные либо маргинализировались до предела, либо содержательно оказались почти неотличимыми от партии власти.
Главный вызов, перед лицом которого стоит Даванков – неконкретность в риторике. О каких «гигантах из Москвы» идёт речь в контексте региональных госконтрактов? Каких «чиновников» Даванков грозится наказать за коммунальный кризис? Подобные вопросы множатся с каждым публичным выступлением кандидата.
Политические реалии вынуждают всё чаще прибегать к иносказаниям и аллегориям, но эти приёмы бесполезны в общении с молодыми избирателями, о которых так справляется Даванков: не смотрящие телевизор и привыкшие к обилию источников в Интернете, они острее других воспринимают фальшь.
#кампания_2024
С 2022-го и тем более 2014-го повзрослели, сформировались как личности и, разумеется, стали избирателями подростки, выросшие в условиях «новой нормальности». Они – главный актив Даванкова и главный его козырь.
По меркам конкурентов 39-летний вице-спикер Думы и сам — вчерашний тинейджер. Однако, несмотря на непродолжительный опыт Даванкова в большой политике, уже многие авансом предрекли ему третье, а то и второе место по итогам мартовских выборов.
Представитель «поколения Pepsi», Даванков подчёркивает: с детства он привык к мобильности, открытым границам и миролюбивым реалиям «конца истории»:
«Моё поколение выросло в логике сотрудничества. Мы были открыты миру. Сейчас нам предлагают логику изоляции — а некоторые и вовсе предлагают закрутить гайки покрепче. Но если нам нужно реальное развитие — нужно научиться друг другу доверять»
Он почти дословно цитирует абрамовскую «Теорию малых дел», переиначивая на современный лад деполитизированные тезисы о помощи трудящимся и работе в регионах. Неудивительно, ведь программа Даванкова предназначена сугубо для внутреннего потребителя – грядущие выборы политтехнологи называют не борьбой за реальную власть и президентское кресло, а «борьбой за содержательную повестку».
Концепция кандидата от «Новых» контрастирует с суждениями несистемных коллег — например, Бориса Надеждина или Екатерины Дунцовой: так, вероятно, многим молодым людям на самом деле не важен сам факт изменений на Украине или смены внешнеполитического курса. Им нужна не консолидация вокруг конкретной идеи – лоялистской или оппозиционной, – а разрядка, ослабление гаек, отказ от вмешательства в личную жизнь. Политолог Илья Гращенков называет это «нормализацией».
Если в 2021 году «Новые люди» небеспочвенно воспринимались критиками как спойлер, то сейчас их статус объективно меняется – к марту 2024-го Даванков и партия, от которой он выступает, могут оказаться единственной конструктивной оппозиционной силой в стране. Остальные либо маргинализировались до предела, либо содержательно оказались почти неотличимыми от партии власти.
Главный вызов, перед лицом которого стоит Даванков – неконкретность в риторике. О каких «гигантах из Москвы» идёт речь в контексте региональных госконтрактов? Каких «чиновников» Даванков грозится наказать за коммунальный кризис? Подобные вопросы множатся с каждым публичным выступлением кандидата.
Политические реалии вынуждают всё чаще прибегать к иносказаниям и аллегориям, но эти приёмы бесполезны в общении с молодыми избирателями, о которых так справляется Даванков: не смотрящие телевизор и привыкшие к обилию источников в Интернете, они острее других воспринимают фальшь.
#кампания_2024