За долгие годы учеб разных в моей памяти осталось не так уж много имен, отчеств и фамилий педагогов, что пытались меня чему-то научить или от меня избавиться)))
Через все годы своей сознательной жизни я пронес добрую память о нескольких педагогах, что не просто становились для меня учителями, а буквально давали образец для копирования подхода к жизни и работе.
Среди них был и Кисленко Владимир Павлович, учитель труда в моем лицее. Дедушка моей одноклассницы. Одно время даже занимал должность директора.
Самое интересное, что я практически не учился у него по школьной программе, пришел в этот лицей уже в старшие классы… Но вот реконструкция средневековой Европы началась именно в его мастерских. Помню, как мне оооочень качественно разбили голову текстолитовым клинком и я прям сразу Твердо и Четко осознал, что мне очень нужен шлем!)
Пришел в мастерскую, спросил у Палыча: «Как сделать шлем на Русь?!» (Да-да, именно так, ребятки, если бы чуть-чуть всё пошло по-другому, то сейчас я бы возглавлял не Фламандцев!)))) В те дни моим любимым мультфильмом был…..«Лебеди Непрядвы»!) Палыч тут же показал в угол мастерской и сказал: «Вон там Илья и Гоша, мы им шлема делали». А парни там сидели шили ватники толщиной сантиметров так 6-8))))))) На дворе был 2004 год и бугурт тогда был «по-настоящему»)))
Мне безумно повезло – мастерская стала на несколько лет для меня местом, куда я бежал сразу после уроков, приезжал из академии. Грустно – идешь в мастерскую. Весело – идешь в мастерскую. ВСЕГДА ИДЕШЬ В МАСТЕРСКУЮ!
Очень ярко помню с какой любовью Палыч относился к своим инструментам, как ругался на детей и на нас за косяки с ними, как строго требовал уборку после каждой работы.
Отдельный пункт этого места – кладовка-учительская. Склад забитый деревяшками, металлом, кусками резины, кожи, моделями самолетов и ракет… А еще там были старые табуретки, столик, чайник и запах БеломорКанала с дымовой завесой, что можно было вешать топор))) О да, эта моя хомяковость по накоплению в мастерской запасов материалов разных и взгляд на различный старый мусор как на источник новых изделий сформировались явно не без его влияния! Кстати, накопленные запасы мои практически полностью исчерпались за последние 3 года – в клуб сделаны горы вещей в лагерь… При нынешних ценах на материалы – я бы просто не смог столько сделать без «запасов Родины».
Под руководством Палыча я колотил первые умбоны на щиты, делал мебель, а потом и сделал первый шлем (ПРОСТИ, ГОСПОДИ!!!), что омерзительно именуется подхельмом… Было время, конечно… Самое счастливое в моей жизни!!!!)))
У Палыча были золотые руки – дерево, металл, пластик, резина, краски… Всём он мог. Делал мебель, строил модели ракет и самолетов, строил, блин, даже полноразмерные деревянные летающие самолеты!!! Да чего только он не делал, а… Наверное в нашем лицее он был действительно последним трудовиком, что давал мальчикам воспитание мужчин. После его ухода мастерские уничтожили фактически, практических навыков в том объеме не давали и не дают больше.
Я смотрел на Владимира Павловича и учился жизни. Как он держал себя с детьми, учителями, как заботился о своей семье, как беспокоился о внучке. Он стал для меня одним из примеров правильного мужчины. Я не могу даже передать словами как я его уважаю. Помню даже тот момент, когда он перестал общаться со мной как с учеником, а заговорил как со взрослым…
Владимир Павлович ушел от нас осенью в 2012 году. Для меня это стало очень большой потерей и моментом осознания «взрослости». Это была не первая смерть родных или знакомых, но первая, что дала это реальное понимание конечности жизни. До сих пор помню похороны и сбивчивые слова, что пытался тогда сказать…
Самое интересное, что Палыча я вспоминаю регулярно. Почти каждый раз, когда засиживаюсь в мастерской. Всегда улыбаюсь. А еще у меня остались некоторые вещи из его классов, которые каждый раз вынимают из памяти, казалось бы, уже затершиеся воспоминания детства…
Сегодня в очередной раз вспомню Кисленко Владимира Павловича добрым словом! Пусть каждый найдет себе учителя, что будет рядом в памяти на всю жизнь.