Яблонный сад | Shortparis

Прощальная

О ком не помнят
С того не спросят
Из старых комнат
Цветы выносят

Не по нам трубят сегодня ангелы
Не по нам шумит народ гулянками
Не для нас сияет крест огранками
Мы будем санками мальчишек с мамками

Не по нам трубят сегодня ангелы
Не для нас стаканы бьются пьянками
Не за нас заполнят площадь танками
Мы будем ранками, Христа огранками

О ком не помнят
С того не спросят
Из старых комнат
Цветы выносят

Колыбельная

Наш пирог из сырого теста
Спи, дружок, спи, моя невеста
С нами солнечный зайчик тоже
Он пасется на твоей коже

Слышишь шум над вершиной леса?
Это ветра ночная месса
Чтоб уснули земли сомнения
Клен зимой распустил цветенье

Спят солдаты, забыв о боли
Ведь под ними родное поле
Кто запомнит всех их черты?
Разве, Господи, сможешь ты?

Не заплачешь, не оставишь
Не растратишь никогда
В землю спрячешь словно мячик
От ребенка глупого

Не забудешь, не раздаришь
Ни затылка, ни лица
В шуме листьев нежно спрячешь
Даже ямочки у рта

Заново

Ах, ты девушка, чистая смелая
В твоей комнате пахло рассветами
В твоем городе пахло закатами
Как в больнице бедой и халатами

Тихо спит наша тесная кухонька
Этим утром, как дохлая муха, я
Этой осенью сны не шевелятся
Даже Господу в Бога не верится

И дом не был целым
И снег не был белым
И друг не был смелым
Но хочется сказать
В нас мало крови
Но в каждом слове

Я пропал в тебе, как пуля в раненном
Как иголка в шприце одурманенном
Твоей кожей тонкой, румяною
Мы шагнем вместе в улицу пьяную

Ты протри меня чайным пакетиком
Исцели нас счастливым билетиком
Нам не простится уж ничего
Ни чужого, ни своего

И дом не был целым
И снег не был белым
И друг не был смелым
Но хочется сказать
В нас мало крови
Но в каждом слове крик
За-но-во!
Нельзя заново!
Начать заново!
Всё заново!

Победа (Песня для детского похоронного оркестра)

Танька, смотри, дырка в полнеба
Утром в неё провалилась заря
Видишь, сложились в слово
Победа
Звезды Кремля

Напой мне слова моей песни
Напой мне эти чужие слова
Видишь, в центре двора собираются дети
Встречают отца

Танька, смотри, солнце в полнеба!
Мама счастливая красит глаза
Может закончится до обеда
Гроза?

Напой мне песню на ушко
Напой мне эти чужие слова
Слышишь, где-то за МКАДом трезвонит церквушка
Или это труба

Там кисельны берега, там сахарный песочек
Только в речке не вода, а горький кипяточек
Дети смотрят на отца, как гвоздь на молоточек
Знаешь, горе, как река – оно тебя обточит

Илиада

Я не о том все эти дни пел
Белее чем смерть на школьной доске – мел
Там написали: «Мы не туда шли»
Но мы не прочли

Я не о том все эти дни пел
Крестик давно перешёл с куполов на прицел
Но ты не по той щеке меня бил
Я не простил

Но этой песней уже обожгло
Наши лица
Нам допеть бы, хоть солнце сожгло
Роговицы
Ты на кухне стоишь поперёк света
В платье
Нам продержаться ещё хоть денёк
Братья

Красней, чем рябина и стыд, твоя помада
«Любовь страшнее войны» – нам поёт Илиада
Я знаю, что дети целуются у дверей ада
Значит, так надо
Я знаю, что дети целуются у дверей ада
Значит, так надо

Но этой песней уже обожгло
Наши лица
Нам допеть бы, хоть солнце сожгло
Роговицы
Ты на кухне стоишь поперёк света
В платье
Нам продержаться ещё хоть денёк
Братья

Что, если я всё не о том пел?
Что, если мы все не туда шли?
Если нету любви, нету огня
Нету весны, нету меня?
Если нету любви, нету огня
Нету страны, нету меня?
Если

Седьмая

А-а, на полусогнутых
Ногах! На полусомкнутых
Губах. Любовь последняя
В этом тысячелетии

Бум-бум, гремит, как ледокол!
Бам-бам, это не колокол!
Пам-пам, ударом в пах и в бровь
Это – последняя любовь!

Дома города
Улица тобой вспорота
Так идет не конфетная
Радость ветхозаветная

А-а, молчание – золото
А-а, им все прополото
А-а, страшнее голода!
А-а, но громче молота!

Бум-бум, гремит, как ледокол!
Бам-бам, это не колокол!
Пам-пам, слышишь рычание
Это наше молчание

В тишине сняты каблучки
В тишине гаснут угольки
В тишине ветерок в окне
В тишине шепот о стране

Ты лети-лети, листок, через север на восток
Ты лети, любовь моя, через вены, через кровь
Лишь коснешься ты земли, быть по-моему вели
Сохрани

В тишине сняты каблуки
В тишине гаснут угольки
В тишине ветерок в окне
В тишине шепот обо мне

Русская тоска или песня слабака

Что со мной, мама?
Силы ни грамма
Мучит тоска
Кажется, мама
Я ребро без Адама
Кусок мужика

Может это дьявол
Или нас заела тоска?
Ничего не снится
Надо в больницу
Пусть глядят доктора

В моем подъезде
Печальные вести
Встревожен весь дом
Не скажут невесте
Что милый – груз двести
Узнает потом

А то синий дьявол
Заберется ей под подол
Ни время для мести
Ни место для чести
Помянет потом

Милая, долгая, светлая, любовь моя!
Я не могу защитить и даже предать тебя
Эта песня слабака

Еду с работы
Грязные боты
В вагоне метро
Над нами столица
Над столицей полиция
Жить хорошо

Я бы спасал по кругу
И предавал тебя
Глянь, дорогая подруга
Сколько во мне гнилья
Эта песня слабака

Летит над землею ангелов рать
Мама, их тоже будут сбивать?

Что со мной мама?
Силы ни грамма
Мучит тоска
Кажется, мама
Я ребро без Адама
Кусок мужика

Шестая

Веришь, поколениям
Стреляют по коленям?
Друг мой, с днем рождения!
Мы красное веселье

Яблочный Спас
Кто кого спас?
Как много их?
Как мало нас?
Кажется нам, лучшие годы прошли

1-я Горбольница
Лазурная Ницца
Чьи это лица?
Мне все это снится?
Кажется, нас искали, но не нашли

Знаешь, поколениям
Стреляют по коленям
Друг мой, с днем рождения!
Мы красное веселье

Солнечный круг
На детском листке
Но не хватит рук
Написать в уголке
Видишь, ладонь гордая на козырьке

Пой эту юность
Пой это время
Отпой эту трусость
Всё наше племя
Нас сеяли зернами в землю, но мы не взошли

Но никто не хотел умирать за себя
Никто не умел умереть за тебя
Тянется день
...

Гвоздь

До крови
Школьная драка
Из страха
Кусает собака
Ты помнишь, как слезка катилась из глаз
Когда ты смолчал в первый раз?

Если вы горло – он кость
Если пожар – он дрова
Его голос – гвоздь
В нас вбивает слова

А помнишь
Первые нежные слёзки?
И как стыдились березки?
Как было мокро у глаз
Когда промолчал в третий раз?

Ты – горло, я – кость
Пусть трещит голова!
Мой голос – гвоздь!
Он вбивает слова

Вечер, по имени нас не зови
Давай сыграем в слова
Я пел бы лишь о любви
Но не хочет страна
Я пел бы лишь о любви
Но не хочет она
По имени нас не зови

Вы – горло, мы – кость
Вы – цветы, мы – трава
Наш голос – злость
Так убивают слова

Молодость

Звездно-лиловая ночь
Под окнами кричит чья-то пьяная дочь
На улице стоят не мои сыновья
Их папа – молоток, мать – остриё копья

Падает медленно снег
Значительно быстрей падает человек
Быстрее, чем находит дорогу домой
Старый Одиссей с грязной бородой

Слышишь, вскрывается лёд?
Скоро что-то треснет и выставит счет
Начинай отсчет

Кто вложил мне в голос плеть
А в сердце медь?

Молодость вступит в права
Молодость – крутящиеся жернова
Молодость – сорняк, городская трава
Молодость молчит, молодость права

Слышишь, вскрывается лёд?
Скоро что-то треснет и выставит счет
Обломает в парке гнилые стволы
Хочешь это я? Хочешь это мы?

Медленно падает снег
Значительно быстрее встает человек
Начинай разбег

Кто вложил мне в голос плеть
А в сердце медь?

А может ты, а может я?
Может быть песни поются не зря?
Может быть вор, а может судья?
Всех перемешала мешала земля

Я буду первым, но только с конца
Пьяный матрос на решетке дворца
Я буду мирным, я буду смирным
Буду цементным и монолитным я

Я буду первым, но после тебя!
Я буду нервным, прикладом ружья!
Я буду мирным, я буду смирным
Я буду верным, рабом галерным

Кто вложил нам в голос плеть?
А в сердце?

Пой со мной

Мертвые уже не встанут в ряд
И поля давно впитали в землю яд
А погляди, растут, как кресты
Белых берез красные стволы
Это гордость твоя
Это память моя
Это яд
Это я

Мама, я опять не спал всю ночь
Мама, я пропал, кто сможет мне помочь?
А погляди, стоят вдоль стены
Громкой страны тихие сыны
И над ними салют
Дети громко поют!

Пой же, брат!
Пой, живой!
Пой, солдат!
Пой со мной!
Над тайгой
Над Москвой
Голос твой!
Пой немой!
Пой со мной

Мертвые уже не встанут в ряд
Гражданин в метро пугливо прячет взгляд
А пусть глядят они, пусть глядят на нас
Новых героев иконостас!
И над нами салют
Может нам подпоют?

Пой со мной
Пой, живой!
Пой, мертвец
Пой, конвой!
Пой, беглец
Над Москвой
Над Читой
Пой со мной
Пой, певец!

Здесь с нами: Коля и Паша
Данила и Саша
Артем, тетя Глаша
Сержант Анатолий и Даша
Продавщица из Дикси Наташа
Депутат Немирович Аркаша
Бюрократ Антон Палыч Кашин
Смотрящий хаты и Параша
Праведник Сергий и наша
Соседка по клетке – Юляша
Фельдшер Антон и больной дядя Яша
Здесь вся семья наша! Поет семья наша!

Пой, живой!
Пой, мертвец
Пой, конвой!
Пой, беглец
Над Москвой
Над Читой
Пой со мной
Пой, певец!

Сорок дней без Коли.

Мы проехали вместе половину земного шара. Оставалась ещё половина.

Впервые мы увидели Shortparis случайно в 2019 году на бесплатном фесте около дома. Тогда все модники написали «Не пропустите этих парней из Питера». Мы остались посмотреть из любопытства. И где-то между криками девушки в «Что-то особое» и танцем на «Стыде» мы поняли, что это le coup de foudre. Этот сет буквально изменил нашу жизнь. За эти шесть лет случилось полсотни концертов в самых невероятных точках планеты: Владивосток с туманом на острове, набежавшим за пять минут, маленький студенческий городок в Нидерландах, огромный Шанхай, так похожий на Нью-Йорк, тёплый Кипр с морем и закатами, конечно, Питер, и, конечно, Париж. А ещё мы всегда мечтали побывать в Новокузнецке, по единственно возможному поводу.

Совместные концерты и поездки очень сближают. Вы будто проживаете одну биографию. Одни и те же самолёты, погодные условия, завтраки до 10 утра, переезды, недосып, волнение, эйфория, безумно счастливые глаза, свет фонарей, а на следующий день похожий сетап в каком-нибудь другом городе. На самом деле вся эта история достаточно невербальная. Такой взаимный обмен чувствами.

Коля был абсолютно невероятным. Он умел одной фразой подчеркнуть особенность момента. Он был великий выдумщик. Он постоянно переизобретал пространство сцены и зала, присваивал себе каждый сантиметр площадки, включая балконы и барные стойки. Любил придумывать новые смыслы, любил находить простые и ясные ходы: например, раздавать цветы в финале концерта зрителям, что ощущалось как поддержка и дружеский жест. Или отдать в зал инструменты со сцены, чтобы зрители сами на них играли. Или его любимые хороводы на «Новокузнецке» в зале, которые особенно объединяюще смотрелись в Китае, где зрители далеко не всегда были к этому готовы. Или один из последних концертов в России, в Екатеринбурге, с целой историей про новые времена и связь с прошлым. Очень горько осознавать, как много он ещё мог придумать и чего больше никогда не случится. Не будет его трогательного силуэта, сидящего за пианино в свете прожекторов, не будет его роскошных концертных рубашек, не будет его великолепных танцев.

Мы много раз видели, как его талант воздействует на зрителей – они смотрели на Колю, не отводя глаз. Было ощущение, что у них переворачивалось само представление о том, каким может быть музыкант, какая внутренняя сила стоит за этим человеком на сцене. И у всех светились глаза от той невообразимой энергии, которая только что на них обрушилась. Каждый раз было очевидно, что это и есть концентрированное счастье. Это было потрясающе.

Несмотря на внешнюю строгость, Коля очень любил посмеяться. И его было так легко насмешить. Я постоянно вспоминаю его улыбку. Он всегда улыбался при встрече, всегда подхватывал наши шутки. Иногда улыбался со сцены, и тогда все в зале одномоментно в него влюблялись.

Всё это – непередаваемое счастье, уникальный опыт и большая любовь. Нам очень повезло, что у нас всё это было.

А теперь никакого утешения не существует. И времени тоже не существует. И никто нас не вылечит. И никто не спасёт. Мы просто остались одни, без него. Без самого дорогого.

Эта любовь, как и эта боль не закончится никогда.