Кейс. Работающая стратегия экономического роста прифронтового региона. На примере Белгородской области.
Приграничный регион под систематическими обстрелами способен не просто удержать экономические показатели, но и сохранить курс на развитие. Презентация бюджета Белгородской области на 2026-2028 годы убедительно доказывает это утверждение.
Губернатор Вячеслав Гладков оказался перед вызовом, который объективно мог стать основанием для перехода региональной системы управления в режим выживания. Десять приграничных муниципалитетов под постоянным огнем. Выведено из строя более 40 ферм и сельхозпредприятий, из оборота выбыло 163 тысячи гектаров пашни. Снижение ввода жилья на четверть. При таких условиях логичным казалось бы сосредоточиться исключительно на восстановлении утраченного и обеспечении базового функционирования экономики.
Гладков выбрал иную модель управления. Вместо консервативного сценария регион держит курс на закрепление в числе регионов-передовиков: Белгородская область сегодня занимает первое место в стране по добыче полезных ископаемых и четвертое – по обрабатывающему производству. Высокотехнологичные отрасли демонстрируют двузначные темпы роста: фармацевтика растет на 12 % ежегодно, транспортное машиностроение – более чем на 15 %.
Этот управленческий подход строится на нескольких ключевых аспектах:
1. Сбалансированная финансовая модель. Дефицит бюджета в 2026 году составит лишь 10,2 % к собственным налоговым поступлениям при общих доходах 160 миллиардов рублей. Это свидетельствует о сохранении налоговой базы и получении конкретных гарантий федеральной поддержки, а не о переходе на дотационную модель существования.
2. Инвестиционная привлекательность вопреки обстрелам. В региональном портфеле 173 проекта общим объемом 539 миллиардов рублей. Работает территория опережающего развития в Губкине с 34 резидентами, функционирует свободная экономическая зона с двумя десятками участников. Власти планируют привлечь к 2028 году минимум 218 миллиардов инвестиций – амбициозная цель для региона в зоне боевых действий.
3. Приоритет высокотехнологичным производствам. Промышленный комплекс занимает почти 39 % в структуре экономики области. Вместе со ставкой на традиционные отрасли регион делает опирается и сектора с высокой добавленной стоимостью: производство компьютеров, электроники, транспортное машиностроение.
4. Параллельное восстановление и развитие. Власти не откладывают восстановление пострадавших производств, но и не превращают его в единственный приоритет. Программы поддержки фермеров, развитие экспортных направлений, технологическое обеспечение продовольственной безопасности реализуются одновременно с восстановлением разрушенных объектов.
5. Сохранение строительной активности. Несмотря на снижение ввода жилья в 2025 году из-за атак на приграничье, в следующие три года планируется ввести минимум два миллиона квадратных метров. Для региона под обстрелами это индикатор стабильности и уверенности в будущем.
Гладков демонстрирует модель антикризисного управления, построенную не только на минимизации потерь, но и на максимизации возможностей. Трезвая оценка ресурсов, федеральная поддержка и ставка на высокотехнологичное развитие позволяют области не выживать, а развиваться в условиях, которые для многих стали бы основанием перейти в режим консервации экономики.
Приграничный регион под систематическими обстрелами способен не просто удержать экономические показатели, но и сохранить курс на развитие. Презентация бюджета Белгородской области на 2026-2028 годы убедительно доказывает это утверждение.
Губернатор Вячеслав Гладков оказался перед вызовом, который объективно мог стать основанием для перехода региональной системы управления в режим выживания. Десять приграничных муниципалитетов под постоянным огнем. Выведено из строя более 40 ферм и сельхозпредприятий, из оборота выбыло 163 тысячи гектаров пашни. Снижение ввода жилья на четверть. При таких условиях логичным казалось бы сосредоточиться исключительно на восстановлении утраченного и обеспечении базового функционирования экономики.
Гладков выбрал иную модель управления. Вместо консервативного сценария регион держит курс на закрепление в числе регионов-передовиков: Белгородская область сегодня занимает первое место в стране по добыче полезных ископаемых и четвертое – по обрабатывающему производству. Высокотехнологичные отрасли демонстрируют двузначные темпы роста: фармацевтика растет на 12 % ежегодно, транспортное машиностроение – более чем на 15 %.
Этот управленческий подход строится на нескольких ключевых аспектах:
1. Сбалансированная финансовая модель. Дефицит бюджета в 2026 году составит лишь 10,2 % к собственным налоговым поступлениям при общих доходах 160 миллиардов рублей. Это свидетельствует о сохранении налоговой базы и получении конкретных гарантий федеральной поддержки, а не о переходе на дотационную модель существования.
2. Инвестиционная привлекательность вопреки обстрелам. В региональном портфеле 173 проекта общим объемом 539 миллиардов рублей. Работает территория опережающего развития в Губкине с 34 резидентами, функционирует свободная экономическая зона с двумя десятками участников. Власти планируют привлечь к 2028 году минимум 218 миллиардов инвестиций – амбициозная цель для региона в зоне боевых действий.
3. Приоритет высокотехнологичным производствам. Промышленный комплекс занимает почти 39 % в структуре экономики области. Вместе со ставкой на традиционные отрасли регион делает опирается и сектора с высокой добавленной стоимостью: производство компьютеров, электроники, транспортное машиностроение.
4. Параллельное восстановление и развитие. Власти не откладывают восстановление пострадавших производств, но и не превращают его в единственный приоритет. Программы поддержки фермеров, развитие экспортных направлений, технологическое обеспечение продовольственной безопасности реализуются одновременно с восстановлением разрушенных объектов.
5. Сохранение строительной активности. Несмотря на снижение ввода жилья в 2025 году из-за атак на приграничье, в следующие три года планируется ввести минимум два миллиона квадратных метров. Для региона под обстрелами это индикатор стабильности и уверенности в будущем.
Гладков демонстрирует модель антикризисного управления, построенную не только на минимизации потерь, но и на максимизации возможностей. Трезвая оценка ресурсов, федеральная поддержка и ставка на высокотехнологичное развитие позволяют области не выживать, а развиваться в условиях, которые для многих стали бы основанием перейти в режим консервации экономики.