Наблюдая, как развивается ситуация с Wildberries, прихожу к выводу, что она стала в какой-то степени образцовым кейсом того, как переформатируются процессы в стране в новых реалиях. По сути то, что Бакальчук попробовала провернуть с владельцами пунктов выдачи (то есть перекинуть на них очевидно не зависящие от них издержки), находит аналоги и за пределами бизнеса, в такой серьезной сфере, например, как госуправление. В похожей ситуации у нас, как ни неожиданно это будет звучать, находятся главы регионов, особенно приграничных. С одной стороны - возрастающее социальное давление, с другой стороны - ужесточаются требования Центра. Все ранее установленные социальные KPI необходимо неукоснительно выполнять, при этом ежедневно поступают новые неожиданные вызовы, а инструментарий для решения проблем чрезвычайно ограничен. Как, например, в Краснодарском крае, где внезапно выяснилось, что если предприятия мусоропереработки послушно исполнят закон об отказе от найма мигрантов, то через два дня остановятся линии по сортировке, поскольку граждане РФ на таких “непочетных” местах работать не хотят. При том, что официальная риторика по мусорной проблеме проходит на уровне “голову с плеч”, нет никакой интриги насчет того, чьей головной болью это станет - конечно, Вениамина Кондратьева. Это лишь один частный парадокс, а таких в любом субъекте уже десятки, учитывая что бюрократы, госкорпорации и МСП сейчас объединены одной задачей - выжить, но при этом пытаются это сделать за счет друг друга. То же касается и “десятины”, которую обязали уплатить российские компании со сверхприбылей, но при этом не придумали никакого способа проследить - не поддадутся ли он соблазну покрыть недостачу за счет конечных потребителей. История с Wildberries - учебное пособие и тренировочная площадка, на которой власти следует отработать свои действия для всех подобных ситуаций и научиться соблюдать баланс интересов. Ну а для обывателя - лакмусовая бумага: исход ситуации станет примером того, чего стоит ждать в дальнейшем.

Ваш Юрий Долгорукий