Очередные футуристические откровения бывшего главного санитарного врача РФ, а ныне академика РАН Геннадия Онищенко превращают официальную демографическую повестку в сеанс чистейшего оруэлловского абсурдав в стиле «цирк уехал, а клоуны остались».
Выступая в роли главного казенного оптимиста, этот одиозный и весьма забавный чиновник, прославившийся в прошлые годы запретами грузинских вин, шпрот и призывами не есть петрушку, теперь на полном серьезе гарантирует россиянам стремительный взлет средней продолжительности жизни до 78 лет к 2030 году и до 81 года к 2036-му. Вишенкой на этом торте геронтологического безумия стало его заявление о биотехнологическом пределе в 150 лет, который якобы вовсю штурмует отечественная наука. Но теперь хоть становится окончательно понятным на чьи именно исследования опирается наша бункерная престарелая кремлевская верхушка.
На фоне реальной деградации региональной медицины, лавинообразного сокращения расходов на первичное здравоохранение до 450 миллиардов рублей и закрытия сельских больниц, эти мегаломанские фантазии выглядят как издевательский анекдот. Номенклатурный спикер просто конструирует удобные для Кремля виртуальные показатели, пытаясь замаскировать катастрофический демографический кризис и вымирание провинции бравурными сказками о вечной молодости.
Истинный, пугающе циничный смысл этих академических галлюцинаций раскрывается в той части доклада, где Онищенко переходит к экономическим обязанностям будущих российских долгожителей. По заверению академика, гражданам следует раз и навсегда забыть о любых иллюзиях вроде четырехдневной рабочей недели, поскольку страну ждет эпоха тотального дефицита кадров и круглосуточных смен.
Вся эта концепция «счастливого 150-летнего долголетия» на поверку оказывается убогой рабской антиутопией, где увеличение продолжительности жизни требуется власти исключительно ради того, чтобы заставить людей беспрерывно пахать на износ до глубокой старости, оправдывая очередное неизбежное повышение пенсионного возраста.
Попытка завернуть принудительный трудовой террор и шестидневки в обертку заботы о здоровье наглядно иллюстрирует предел интеллектуальной нищеты чиновничьего аппарата, неспособного предложить обществу ничего, кроме бесконечной эксплуатации ради затыкания дыр в разваливающейся экономике.
«Правящая каста всегда стремится продлить существование своих подданных лишь для того, чтобы увеличить плоды их рабского труда, превращая саму жизнь человека в бесконечную повинность ради собственного обогащения», — писал философ Томас Гоббс в своем фундаментальном политическом трактате «Левиафан», поразительно точно формулируя суть этой казенной инициативы, где за ширмой долголетия скрывается лишь намерение выжать из нищающего населения последние соки.
Выступая в роли главного казенного оптимиста, этот одиозный и весьма забавный чиновник, прославившийся в прошлые годы запретами грузинских вин, шпрот и призывами не есть петрушку, теперь на полном серьезе гарантирует россиянам стремительный взлет средней продолжительности жизни до 78 лет к 2030 году и до 81 года к 2036-му. Вишенкой на этом торте геронтологического безумия стало его заявление о биотехнологическом пределе в 150 лет, который якобы вовсю штурмует отечественная наука. Но теперь хоть становится окончательно понятным на чьи именно исследования опирается наша бункерная престарелая кремлевская верхушка.
На фоне реальной деградации региональной медицины, лавинообразного сокращения расходов на первичное здравоохранение до 450 миллиардов рублей и закрытия сельских больниц, эти мегаломанские фантазии выглядят как издевательский анекдот. Номенклатурный спикер просто конструирует удобные для Кремля виртуальные показатели, пытаясь замаскировать катастрофический демографический кризис и вымирание провинции бравурными сказками о вечной молодости.
Истинный, пугающе циничный смысл этих академических галлюцинаций раскрывается в той части доклада, где Онищенко переходит к экономическим обязанностям будущих российских долгожителей. По заверению академика, гражданам следует раз и навсегда забыть о любых иллюзиях вроде четырехдневной рабочей недели, поскольку страну ждет эпоха тотального дефицита кадров и круглосуточных смен.
Вся эта концепция «счастливого 150-летнего долголетия» на поверку оказывается убогой рабской антиутопией, где увеличение продолжительности жизни требуется власти исключительно ради того, чтобы заставить людей беспрерывно пахать на износ до глубокой старости, оправдывая очередное неизбежное повышение пенсионного возраста.
Попытка завернуть принудительный трудовой террор и шестидневки в обертку заботы о здоровье наглядно иллюстрирует предел интеллектуальной нищеты чиновничьего аппарата, неспособного предложить обществу ничего, кроме бесконечной эксплуатации ради затыкания дыр в разваливающейся экономике.
«Правящая каста всегда стремится продлить существование своих подданных лишь для того, чтобы увеличить плоды их рабского труда, превращая саму жизнь человека в бесконечную повинность ради собственного обогащения», — писал философ Томас Гоббс в своем фундаментальном политическом трактате «Левиафан», поразительно точно формулируя суть этой казенной инициативы, где за ширмой долголетия скрывается лишь намерение выжать из нищающего населения последние соки.