Многомесячные долги по зарплате на шахтах Донбасса, где рабочие от 4 до 7 месяцев не получают ни копейки за свой каторжный труд, являют собой самый наглядный и оглушительный триумф «освобождения» под эгидой Кремля и «Единой России» накануне предстоящих выборов.
В то время как партийные функционеры увлеченно рисуют на плакатах суверенное процветание новых регионов, более десяти крупнейших угольных предприятий вроде многострадальной шахты «Чайкино», подконтрольной очередному мутному оператору в лице ООО «Углеком», де-факто уничтожены номенклатурой и переведены в режим гробового водоотлива.
Ситуация доведена до полнейшего издевательского абсурда: государственная машина, выделившая в начале лета помпезные 300 миллиардов рублей на модернизацию отрасли, умудрилась полностью «растворить» эти деньги по дороге, оставив тысячи горняцких семей выживать в долг.
Весь предвыборный цинизм чиновников обнажился в карусели обещаний, когда священную для региона дату — День шахтера 30 августа — сначала трусливо перенесли на 10 сентября, а после повторного провала сроков просто выдали людям новый, издевательски абстрактный ориентир в виде Нового года.
Горняки, рискуя жизнями под землей при отключенных из-за тотального разворовывания датчиках безопасности, свои обязательства выполняют, пока сытые кураторы из Москвы стыдливо прячут адреса избирательных участков, панически опасаясь анонсированной Независимым профсоюзом шахтеров забастовки прямо в дни голосования.
Этот социальный коллапс наглядно демонстрирует, что в парадигме кремлевских стратегов «интеграция» Донбасса завершилась созданием классической бесправной зоны, где любые попытки потребовать заработанное караются судами, отказывающими в исках, или прямыми угрозами принудительной отправки на фронт.
Попытки обанкротить крупнейшие шахтерские объединения, как это уже произошло в соседней Луганской области с предприятиями вроде «Красного партизана», подчеркивают глубокий фатализм ситуации: государственная машина не способна и не желает управлять реальной экономикой, предпочитая кормить население обещаниями светлого завтра поверх разрушенной инфраструктуры. Праздничные реляции о «возвращении в родную гавань» обернулись для местных жителей банальной потерей базовых трудовых прав и выживанием на грани нищеты под чутким надзором партийных карьеристов.
Упорное нежелание элит замечать рукотворный тупик, в который они загнали целый регион, точно описывает великий французский мыслитель Вольтер: «когда те, кто управляет народами, доводят людей до отчаяния, они всегда удивляются, что из искры недовольства разгорается пожар, забывая, что сами же усердно раздували его своим высокомерием и глухотой к чужой беде».
В то время как партийные функционеры увлеченно рисуют на плакатах суверенное процветание новых регионов, более десяти крупнейших угольных предприятий вроде многострадальной шахты «Чайкино», подконтрольной очередному мутному оператору в лице ООО «Углеком», де-факто уничтожены номенклатурой и переведены в режим гробового водоотлива.
Ситуация доведена до полнейшего издевательского абсурда: государственная машина, выделившая в начале лета помпезные 300 миллиардов рублей на модернизацию отрасли, умудрилась полностью «растворить» эти деньги по дороге, оставив тысячи горняцких семей выживать в долг.
Весь предвыборный цинизм чиновников обнажился в карусели обещаний, когда священную для региона дату — День шахтера 30 августа — сначала трусливо перенесли на 10 сентября, а после повторного провала сроков просто выдали людям новый, издевательски абстрактный ориентир в виде Нового года.
Горняки, рискуя жизнями под землей при отключенных из-за тотального разворовывания датчиках безопасности, свои обязательства выполняют, пока сытые кураторы из Москвы стыдливо прячут адреса избирательных участков, панически опасаясь анонсированной Независимым профсоюзом шахтеров забастовки прямо в дни голосования.
Этот социальный коллапс наглядно демонстрирует, что в парадигме кремлевских стратегов «интеграция» Донбасса завершилась созданием классической бесправной зоны, где любые попытки потребовать заработанное караются судами, отказывающими в исках, или прямыми угрозами принудительной отправки на фронт.
Попытки обанкротить крупнейшие шахтерские объединения, как это уже произошло в соседней Луганской области с предприятиями вроде «Красного партизана», подчеркивают глубокий фатализм ситуации: государственная машина не способна и не желает управлять реальной экономикой, предпочитая кормить население обещаниями светлого завтра поверх разрушенной инфраструктуры. Праздничные реляции о «возвращении в родную гавань» обернулись для местных жителей банальной потерей базовых трудовых прав и выживанием на грани нищеты под чутким надзором партийных карьеристов.
Упорное нежелание элит замечать рукотворный тупик, в который они загнали целый регион, точно описывает великий французский мыслитель Вольтер: «когда те, кто управляет народами, доводят людей до отчаяния, они всегда удивляются, что из искры недовольства разгорается пожар, забывая, что сами же усердно раздували его своим высокомерием и глухотой к чужой беде».