Александр Карпушкин
Репост из: Пособие инженеру ПТО
Почему со стрйконтролем все так плохо?
Условия законодательства однозначно требуют, чтобы все соответствовало и работало. Для этого стандарты устанавливают необходимость освидетельствования всех скрытых работ, подготовки, каждого скрываемого слоя отделки и любого другого конструктива или системы.
И вроде как максимально ужесточена процедура контроля и повышена ответственность лиц, но не срабатывают системы безопасности, по факту что-то смонтировано совсем не то и не так, как предусмотрено проектом.
А может стоит попробовать взглянуть на проблему с другой стороны?
Из-за постоянных уголовных дел по нецелевому расходованию бюджетных средств и превышению служебных полномочий сейчас главным для заказчика стало освидетельствование объемов и расценок, закрытых актами приемки выполненных работ, а не конструкций и сетей по проекту.
А дополнительные требования заказчика освидетельствовать вообще все, что есть в смете, увеличивают объем проверок в несколько раз.
В результате сама процедура стройконтроля превратилась в формальность, которая накрыла конструкции, сети и системы, реально влияющие на безопасность.
Тут даже условие ПП 468, по которому подрядчик может подписать АОСР без представителя заказчика, если тот был уведомлен и не явился – не работает. В теории, конечно, подрядчик может попытаться так сделать пару раз, но в итоге сам же об этом и пожалеет.
И пока у нас львиная доля проверок проходит в основном только на бумаге, мы не имеем представления о реальных объемах этих проверок и ресурсов, необходимых для их обеспечения.
Где-то (на линейных объектах) размеров средств, выделяемых для проведения стройконтроля заказчика, вполне хватает. А где-то – вообще никак.
Поэтому, к примеру, на дорогах или трубах люди сидят ровно, применяют прогрессивные методы контроля и все успевают. Могут даже внедрить цифру или кучу другой лишней отчетности. Проглотят все.
Это одна из основных причин, почему у нас по факту много чего не работает и не сходится с проектом. Стройконтроль заказчика тупо не успевает все проверить. Людей просто завалили АОСР с указанием объемов работ.
Что тут можно сделать?
Есть два направления решений (не считая проектирования и ценообразования), которые можно использовать одновременно:
• пересмотр норм затрат на стройконтроль, что у нас очень не хотят делать, а если и делают – то в меньшую сторону.
• оптимизация самих процедур стройконтроля.
По первому направлению можно хотя бы дифференцировать нормы затрат на стройконтроль заказчика в пользу не линейных объектов. С этим беда, так как проект нового ПП 468 разрабатывали как раз линейщики.
И не надо собирать статистику, сколько у кого каких объектов на линейке и не линейке, и кто сколько раз куда ездит. Эти данные будут изначально искажены результатами подстраивания организации под недостаточность норм затрат к рыночным зарплатам сотрудников, а вовсе не как должно быть. Тут полезнее было бы собрать долю формальных проверок. Но кто же в таком признается?
По второму направлению у нас есть несколько вариантов решений:
Во-первых, не привязывать стройконтроль напрямую к позициям сметы. Как отвязаться и зачем – известно.
Во-вторых, вместо назначения контрольных мероприятий по запутанным терминам скрытых работ и работам, влияющим на безопасность, можно ввести гибкую систему контроля по типу точек удержания (Hold Point) и точек освидетельствования (Witness Point).
Этим можно расставить приоритеты, усилив контроль на работах, влияющих на безопасность, и ослабив его там, где это возможно. Это и есть тот самый риск-ориентированный подход, о котором вроде как все говорят, но в реальности почему-то поступают наоборот, еще больше закручивая гайки.
И, наконец, в-третьих, нужно что-то делать с исполнительной документацией, так как если подписание документации, фиксирующей результаты стройконтроля производится даже в рекордные три дня (что нам с гордостью обещают цифровизаторы) – это уже не достоверные данные. Нужно добиться подписания именно на месте освидетельствования. Как? – тоже известно. Причем даже без цифры.
#бюрократия #формы #цифра
Условия законодательства однозначно требуют, чтобы все соответствовало и работало. Для этого стандарты устанавливают необходимость освидетельствования всех скрытых работ, подготовки, каждого скрываемого слоя отделки и любого другого конструктива или системы.
И вроде как максимально ужесточена процедура контроля и повышена ответственность лиц, но не срабатывают системы безопасности, по факту что-то смонтировано совсем не то и не так, как предусмотрено проектом.
А может стоит попробовать взглянуть на проблему с другой стороны?
Из-за постоянных уголовных дел по нецелевому расходованию бюджетных средств и превышению служебных полномочий сейчас главным для заказчика стало освидетельствование объемов и расценок, закрытых актами приемки выполненных работ, а не конструкций и сетей по проекту.
А дополнительные требования заказчика освидетельствовать вообще все, что есть в смете, увеличивают объем проверок в несколько раз.
В результате сама процедура стройконтроля превратилась в формальность, которая накрыла конструкции, сети и системы, реально влияющие на безопасность.
Тут даже условие ПП 468, по которому подрядчик может подписать АОСР без представителя заказчика, если тот был уведомлен и не явился – не работает. В теории, конечно, подрядчик может попытаться так сделать пару раз, но в итоге сам же об этом и пожалеет.
И пока у нас львиная доля проверок проходит в основном только на бумаге, мы не имеем представления о реальных объемах этих проверок и ресурсов, необходимых для их обеспечения.
Где-то (на линейных объектах) размеров средств, выделяемых для проведения стройконтроля заказчика, вполне хватает. А где-то – вообще никак.
Поэтому, к примеру, на дорогах или трубах люди сидят ровно, применяют прогрессивные методы контроля и все успевают. Могут даже внедрить цифру или кучу другой лишней отчетности. Проглотят все.
Это одна из основных причин, почему у нас по факту много чего не работает и не сходится с проектом. Стройконтроль заказчика тупо не успевает все проверить. Людей просто завалили АОСР с указанием объемов работ.
Что тут можно сделать?
Есть два направления решений (не считая проектирования и ценообразования), которые можно использовать одновременно:
• пересмотр норм затрат на стройконтроль, что у нас очень не хотят делать, а если и делают – то в меньшую сторону.
• оптимизация самих процедур стройконтроля.
По первому направлению можно хотя бы дифференцировать нормы затрат на стройконтроль заказчика в пользу не линейных объектов. С этим беда, так как проект нового ПП 468 разрабатывали как раз линейщики.
И не надо собирать статистику, сколько у кого каких объектов на линейке и не линейке, и кто сколько раз куда ездит. Эти данные будут изначально искажены результатами подстраивания организации под недостаточность норм затрат к рыночным зарплатам сотрудников, а вовсе не как должно быть. Тут полезнее было бы собрать долю формальных проверок. Но кто же в таком признается?
По второму направлению у нас есть несколько вариантов решений:
Во-первых, не привязывать стройконтроль напрямую к позициям сметы. Как отвязаться и зачем – известно.
Во-вторых, вместо назначения контрольных мероприятий по запутанным терминам скрытых работ и работам, влияющим на безопасность, можно ввести гибкую систему контроля по типу точек удержания (Hold Point) и точек освидетельствования (Witness Point).
Этим можно расставить приоритеты, усилив контроль на работах, влияющих на безопасность, и ослабив его там, где это возможно. Это и есть тот самый риск-ориентированный подход, о котором вроде как все говорят, но в реальности почему-то поступают наоборот, еще больше закручивая гайки.
И, наконец, в-третьих, нужно что-то делать с исполнительной документацией, так как если подписание документации, фиксирующей результаты стройконтроля производится даже в рекордные три дня (что нам с гордостью обещают цифровизаторы) – это уже не достоверные данные. Нужно добиться подписания именно на месте освидетельствования. Как? – тоже известно. Причем даже без цифры.
#бюрократия #формы #цифра