Репост из: Рабкор
👮🏻♀️Принуждение к Max, как исторический прецедент, ч. 1
Автор: Лев Мирский
Государство оказывает на россиян беспрецендентное давление, пытаясь загнать всех в Max и поставить цифровой контроль над каждым. Однако автономия частной жизни оставалась главным завоеванием последних десятилетий, и попытка навязать Max встречает массовое сопротивление не столько в форме открытого протеста, сколько в разных формах саботажа.
На днях Минцифры РФ ответило на запрос депутата КПРФ Олега Михайлова, что установка госмессенджера Max является добровольной в вузах, колледжах, школах и детских садах. Впрочем, дальнейшие пояснения раскрывают лукавство: образовательные организации якобы сами принимают локальные нормативные акты и в случае отказа от использования госмессенджера должны сами придумывать, как осуществлять информирование студентов, родителей и учеников. Однако требование переводить всех в Max и запрет на использование других мессенджеров в образовании исходит сверху. 10 ноября Министерство образования и науки разослало письмо, в котором обязует детсады, школы, колледжи и ВУЗы отчитаться о переводе всех в MAX .
Это уже знакомая и отработанная схема, когда ответственными за непопулярные решения делают низшие звенья управленческой цепочки, при этом на них наращивается давление. Это позволяет пустить в ход недоступные по закону методы принуждения, вплоть до самых унизительных «казарменных» мер. Так студентов Медицинского колледжа № 1 пригрозили даже не выпускать в туалет. В УНЦ. им. Жириновского у студентов забирали смартфоны и заставляли устанавливать мессенджер на глазах администрации: «MAX перестает быть мессенджером, который вы любите, не любите, вообще никого не интересует», — заявила им проректор. Давят не только на учащихся: в Удмуртии администрация города Глазов заставила всех директоров, заместителей директоров в образовании и культуре установить приложение Max.
Аналогичная схема применяется и в других бюджетных сферах. Так министр строительства и ЖКХ Ирек Файзуллин заявил ТАСС, что жильцы каждого многоквартирного дома должны создать чат в Max. Впрочем, в отличие от образовательной сферы инструментов принуждения здесь гораздо меньше. Так стало известно, что согласно некой дорожной карте по Татарстану, переход в Max должен завершиться уже к декабрю, но в Maх было создано только 7,04% домовых чатов от общего числа многоквартирных домов, а 13 районах республики эту работу до сих пор не начали. При этом спущенной план поражает своей неадекватностью: от мэрии Новосибирска потребовали, чтобы к каждому домовому чаты было подключено не менее 20 именно собственников жилья вне зависимости от размеров дома.
Наиболее жесткому давлению, конечно, подвергаются школы. Однако благодаря утечке мы знаем, что пока в Москве удалось добиться перевода на Max лишь 7% учеников, 20% родителей и 62% учителей. При этом наихудшая «максимизация» наблюдается в школах с наилучшими результатами по ЕГЭ. «Ученики в школе отказываются устанавливать. Категорически. Врут мне разное: мол, памяти мало, настройки надо сбрасывать и прочее. Я, конечно, не настаиваю, у самой не стоит», — сообщила учительница из Красноярска.
Тихий, но заметный саботаж Max лучше любых социологических замеров в авторитарной воюющей стране демонстрирует страх россиян перед вторжением «цифровой суверенизации» в их частную жизнь. Чаще всего методы саботажа используются такие, чтобы не вступать в прямое противостояние с начальством. Например, на «Авито» стали появляться объявления о продаже сломанных телефонов: «Завoдcкой брак датчика приема cигналa, не видит sim-кaрты, […] oтличнo пoдoйдет для мeccенджeрa Maкc», «Камеры и микрофон извлечены для работы с Максом».
Определенно, путинское государство пока не готово отправлять полицейские патрули проверять прохожих на наличие госмессенджера на телефоне. Поэтому насаждение Max похоже на перетягивание каната. Там, где сопротивление приобретает настойчивый и коллективный характер, государство ослабляет хватку. Однако на большинство социальных групп у государства не так много непрямых способов давления.
Завершение здесь
Автор: Лев Мирский
Государство оказывает на россиян беспрецендентное давление, пытаясь загнать всех в Max и поставить цифровой контроль над каждым. Однако автономия частной жизни оставалась главным завоеванием последних десятилетий, и попытка навязать Max встречает массовое сопротивление не столько в форме открытого протеста, сколько в разных формах саботажа.
На днях Минцифры РФ ответило на запрос депутата КПРФ Олега Михайлова, что установка госмессенджера Max является добровольной в вузах, колледжах, школах и детских садах. Впрочем, дальнейшие пояснения раскрывают лукавство: образовательные организации якобы сами принимают локальные нормативные акты и в случае отказа от использования госмессенджера должны сами придумывать, как осуществлять информирование студентов, родителей и учеников. Однако требование переводить всех в Max и запрет на использование других мессенджеров в образовании исходит сверху. 10 ноября Министерство образования и науки разослало письмо, в котором обязует детсады, школы, колледжи и ВУЗы отчитаться о переводе всех в MAX .
Это уже знакомая и отработанная схема, когда ответственными за непопулярные решения делают низшие звенья управленческой цепочки, при этом на них наращивается давление. Это позволяет пустить в ход недоступные по закону методы принуждения, вплоть до самых унизительных «казарменных» мер. Так студентов Медицинского колледжа № 1 пригрозили даже не выпускать в туалет. В УНЦ. им. Жириновского у студентов забирали смартфоны и заставляли устанавливать мессенджер на глазах администрации: «MAX перестает быть мессенджером, который вы любите, не любите, вообще никого не интересует», — заявила им проректор. Давят не только на учащихся: в Удмуртии администрация города Глазов заставила всех директоров, заместителей директоров в образовании и культуре установить приложение Max.
Аналогичная схема применяется и в других бюджетных сферах. Так министр строительства и ЖКХ Ирек Файзуллин заявил ТАСС, что жильцы каждого многоквартирного дома должны создать чат в Max. Впрочем, в отличие от образовательной сферы инструментов принуждения здесь гораздо меньше. Так стало известно, что согласно некой дорожной карте по Татарстану, переход в Max должен завершиться уже к декабрю, но в Maх было создано только 7,04% домовых чатов от общего числа многоквартирных домов, а 13 районах республики эту работу до сих пор не начали. При этом спущенной план поражает своей неадекватностью: от мэрии Новосибирска потребовали, чтобы к каждому домовому чаты было подключено не менее 20 именно собственников жилья вне зависимости от размеров дома.
Наиболее жесткому давлению, конечно, подвергаются школы. Однако благодаря утечке мы знаем, что пока в Москве удалось добиться перевода на Max лишь 7% учеников, 20% родителей и 62% учителей. При этом наихудшая «максимизация» наблюдается в школах с наилучшими результатами по ЕГЭ. «Ученики в школе отказываются устанавливать. Категорически. Врут мне разное: мол, памяти мало, настройки надо сбрасывать и прочее. Я, конечно, не настаиваю, у самой не стоит», — сообщила учительница из Красноярска.
Тихий, но заметный саботаж Max лучше любых социологических замеров в авторитарной воюющей стране демонстрирует страх россиян перед вторжением «цифровой суверенизации» в их частную жизнь. Чаще всего методы саботажа используются такие, чтобы не вступать в прямое противостояние с начальством. Например, на «Авито» стали появляться объявления о продаже сломанных телефонов: «Завoдcкой брак датчика приема cигналa, не видит sim-кaрты, […] oтличнo пoдoйдет для мeccенджeрa Maкc», «Камеры и микрофон извлечены для работы с Максом».
Определенно, путинское государство пока не готово отправлять полицейские патрули проверять прохожих на наличие госмессенджера на телефоне. Поэтому насаждение Max похоже на перетягивание каната. Там, где сопротивление приобретает настойчивый и коллективный характер, государство ослабляет хватку. Однако на большинство социальных групп у государства не так много непрямых способов давления.
Завершение здесь