Wolfgang Groß
Репост из: Fennoskandia ᛝ Væringjavegr
В 1990-х журнал Reader’s Digest провёл эксперимент: в разных частях мира в людных местах «теряли» бумажники, дабы проверить – сколько из них вернут. Дания и Норвегия оказались единственными странами, где возвратили все.
Спустя годы датский телеканал TV2 повторил эксперимент в Копенгагене. Бумажник на вокзале не пролежал и минуты – прохожие подбирали его и возвращали владельцу. Высокий уровень общественного доверия – ключевой компонент социального капитала и экономической устойчивости. Согласно подсчётам, только в системе правосудия взаимное доверие экономит датскому обществу около 15 000 DKK на человека в год. А до 25% ВВП страны формируется именно за счёт горизонтальных гомогенных связей, низкой коррупции и эффективности институтов. И это характерно не только для Дании или Норвегии:
Исландия: 82 % сохраняют стабильно высокое доверие при низкой преступности (TSIC);
Финляндия: более 77,5 % населения доверяют окружающим (OECD);
Швеция: 61,9 % считают, что «людям можно доверять» (WVS).
В обществах с высоким уровнем доверия транзакционные издержки снижены, бюрократические процедуры упрощены, а инициативность граждан возрастает. Доверие выступает не только этической, но и значимой институциональной и экономической категорией. Повторяющиеся эксперименты с возвратом забытых кошельков регулярно подтверждают устойчиво высокий уровень общественного доверия в странах Северной Европы. Сравнимо высокий уровень общественного доверия также характерен для относительно гомогенных обществ Восточной Азии – Корея и Япония.
Спустя годы датский телеканал TV2 повторил эксперимент в Копенгагене. Бумажник на вокзале не пролежал и минуты – прохожие подбирали его и возвращали владельцу. Высокий уровень общественного доверия – ключевой компонент социального капитала и экономической устойчивости. Согласно подсчётам, только в системе правосудия взаимное доверие экономит датскому обществу около 15 000 DKK на человека в год. А до 25% ВВП страны формируется именно за счёт горизонтальных гомогенных связей, низкой коррупции и эффективности институтов. И это характерно не только для Дании или Норвегии:
Исландия: 82 % сохраняют стабильно высокое доверие при низкой преступности (TSIC);
Финляндия: более 77,5 % населения доверяют окружающим (OECD);
Швеция: 61,9 % считают, что «людям можно доверять» (WVS).
В обществах с высоким уровнем доверия транзакционные издержки снижены, бюрократические процедуры упрощены, а инициативность граждан возрастает. Доверие выступает не только этической, но и значимой институциональной и экономической категорией. Повторяющиеся эксперименты с возвратом забытых кошельков регулярно подтверждают устойчиво высокий уровень общественного доверия в странах Северной Европы. Сравнимо высокий уровень общественного доверия также характерен для относительно гомогенных обществ Восточной Азии – Корея и Япония.